Он почесал затылок:

– С Колей, конечно, сложней. Дети, они все такие непосредственные…

– То-то же, – я покачала головой и чуть не расплакалась. – Даже не знаю, что мне делать. А может, Никита к Кате еще не слишком привязался? Может, еще не поздно ему другую девушку подсунуть?

В глазах Максима плеснулось негодование, черное, как грозовая туча.

– Нин, ты вообще уже? Хочешь разрушить маленькое, только проклевывающееся чудо?

Из моей груди вырвался тяжелый вздох.

Несколько минут мы молчали, а потом Макс сказал:

– Ты все-таки попробуй. Попробуй поговорить с Катей. А потом исчезни.

* * *

На следующее утро Максим пригласил Катю в наш номер. Вошла она как-то несмело, а, остановившись передо мной, потупилась.

– Садись, – пригласила я, похлопав по покрывалу.

Катя вся подобралась, но опустилась рядом:

– Что-то случилось?

– Случилось, – кивнула я. – У тебя шашни с моим зятем.

Она даже испугалась немного:

– Нет! Мы с Никитой просто друзья, вы не думайте…

– Значит, ты в курсе, что Никита – мой зять? – удивилась я. – Что ж, так даже проще.

Катя ничего не ответила, только низко-низко опустила голову. Я откашлялась:

– Тебе, наверное, очень интересно, почему я прячусь от своих внуков в другой гостинице?

Она пожала плечами: