Можно ли тремя словами возбудить еще сильнее? Оказывается, да. Потому что, я понимала, что стоит за этим вопросом и мое тело тоже реагировало соответствующе.

— Поеду. — Так же прошептала ему в ответ.

Мы вернулись к машине, парень неспешно вырулил на шоссе и вдавил педаль газа. Все это время я действовала как космонавт в невесомости, следовала за ним, но не чувствуя почвы под ногами. Внутри меня все кипело и плавилось. Океан в глазах Кирилла как оказалось может обжигать похлеще лавы.

В квартире нас встретил Барс, как обычно радостно виляя хвостом. Но в этот раз хозяину и его гостье было не до него. Стоило Кириллу защелкнуть дверь и повернуться ко мне, замерев с расширенными зрачками, полными муки желания, как я на дрожащих ногах приблизилась к парню и вновь впилась в его губы своими. Он чуть присел, подхватил меня руками под попу и поднял в воздух, так что я взвизгнула и рассмеялась. А потом обхватила его ногами и обняла за шею, окончательно разрушая малейшее пространство между телами. Барс все это время крутился под ногами, заливисто лая, негодуя такой несправедливости остаться в стороне от ласки.

— Сегодня без обнимашек. — Буркнул Кир, отгоняя пса. — Не твоя очередь.

Мы, а точнее Кирилл и я как мартышка повисшая на нем, двинулись в сторону спальни. Возле кровати парень опустил меня на пол, юркнул закрыть дверь, получилось прямо перед носом обиженного пса, и обернулся ко мне, не спеша подходить.

— Скажи, если я спешу. — Сухим, хрипловатым голосом произнес Кирилл.

Казалось, что скажи я ему прекратить, он бы пулей вылетел из комнаты под струю ледяного душа остывать. Но я лишь мягко улыбнулась, потянулась за краем своей футболки.

— Подожди. Я сам.

Кирилл в пару шагов преодолел расстояние между нами, нежно провел ладонями по моим предплечьям, поднимаясь вверх по плечам и шее. Он взял мою голову в ладони, большими пальцами касаясь и оттягивая нижнюю губу. Я не удержалась и укусила его, услышав как он сделал шумный вдох. Кирилл опустил руки на край моей футболки и потянул вверх, освобождая меня от нее. Стало немного неловко, кожа покрылась мурашками. Он проскользнул пальцами по спине в сторону застежки бюстгальтера, задал немой вопрос взглядом, и получив кивок, уверенно щелкнул, скидывая его вниз. Он опустил глаза, разглядывая и изучая меня, а мне становилось робко и страшно. Сколько девушек было в его жизни? Наверняка, красивее и опытнее меня. Словно почувствовав, о чем я задумалась, он склонил голову к моему уху, опалив дыханием, хотя казалось, что я итак горю и ничего жарче уже испытать не смогу.

— Ты прекрасна.

Шепот как кнопка детонатора. Поцелуи продолжились. Только теперь они сопровождались его прикосновениями по всему телу. Будто бы пчелы жалили в тех местах, где кожа соприкасалась с его пальцами, слишком яркие ощущения, но при этом мучительно приятные.

Он опустился на колени и потянул вниз мои джинсы. Руками провел по внешней поверхности бедер, и неожиданно поцеловал место, где край трусиков впивался в кожу с внутренней стороны. Жарко. Слишком. Колени подогнулись.

Кирилл быстро сориентировался, поднялся, придержав меня и лукаво улыбнувшись. Но мне хотелось этих безумных ощущений больше. Как и того, чтобы со мной и он испытывал подобное. Я неуверенно протянула руки к его рубашке и дрожащими пальцами стала расстегивать пуговки, начиная с самой верхней и следуя вниз. Парень наблюдал за мной, не шевелясь, не торопя и не бросая шуток из-за неловких заторможенных движений. Освободив его от нее, я смогла рассмотреть красивый рельеф мужского тела, несильно проступающие кубики пресса, линии мышц груди, рук. А еще неожиданно шрам от ожога на правом боку.

— Это напоминание о ценности жизни. — Сказал Кирилл, заметив мой задержавшийся взгляд на круглом чуть красноватом пятне.

— Можно?

Он кивнул. Я нежно провела ладонью по шраму, а потом двинулась ближе к центру живота, вверх по груди, во впадинку у шеи. К одной руке присоединилась другая, и я касалась его, изучала, чувствуя как напрягаются его мышцы пресса под моими ладонями. Кирилл закрыл глаза и чуть отклонил голову назад, когда кончики моих пальцев вернулись вниз к границе, где выглядывала тонкая полоска его боксеров. И тут я растерялась. Моя неопытность вышла на первый план, а в голове стали лихорадочно носиться мысли, что я должна сделать дальше. Расстегнуть его штаны? Или нет? Стоит ли коснуться ладонью там, где ткань джинсов заметно натянулась?

— Ложись, подожди секунду. — Сказал Кирилл, заметив мою неловкость.

Я послушно села на край кровати, но лечь не смогла. Наблюдала за тем, как он сам расстегивает молнию и стаскивает джинсы, откидывает их в сторону, оставшись в одних боксерах. А потом и вообще без них. Я сглотнула. Его шаг ближе к кровати, и я поджала к себе ноги и отползала по постели чуть дальше. Еще один шаг, колено Кирилла опускается на кровать, и я падаю на спину, зажмурившись и боясь пошевелиться.

— Лик… — Неуверенно и как-то робко произнес парень. — Скажи мне, что это для тебя не в первый раз.

Я стыдливо спрятала лицо в ладошках. Вот что мне теперь делать? Как парни на такое реагируют? Почувствовала, что Кирилл лег рядом, убрала руки и повернула голову в его сторону. Он разместился на боку, оперевшись на локоть, внимательно и пристально смотрел на меня. От близости его теплого тела я вдруг встрепенулась, осознавая, что все происходящее сейчас реально, каждый выбор и решение приведет к последствиям.

— У меня не было парня. — Наконец едва слышно сказала я.

— Но ты уверена, что готова? — Нежно спросил Графов, проводя кончиками пальцев по моему плечу, пуская мурашки по телу. — Я не хочу, чтобы ты думала, что если скажешь нет, то это что-то изменит. Я умею ждать.

— Не хочу ждать и терять секунды нашей жизни. — Выпалила в сердцах и притянула его за шею к себе.

Он начал целовать меня нежнее, но я требовала неистовства. Буря, что бушевала внутри, хотела вылиться наружу.

— Тс, тише. — Шепнул он.

Отрываясь от губ, он начал покрывать поцелуями шею, впадинку у ключицы, добрался до груди и нежно коснулся самых чувствительных мест. Но на этом исследование моего тела губами не завершилось. Он проложил дорожку поцелуев по животу ниже, уверенным движением закинул одну мою ногу себе на плечо и стал целовать колено, внутреннюю поверхность бедра. Щекотка, возбуждение, эйфория. Я тонула. И даже не заметила, как ловко его пальцы подцепили края трусиков и избавили меня от лишней ткани между нами. Его губы и язык нашли то место, от прикосновения к которому можно сойти с ума и улететь за пределы реальности. Я с силой вцепилась пальцами в простынь, стягивая ее к себе.

— Отпусти все мысли. — Услышала я голос Кирилла. — И позволь сделать тебе приятно.

Несколько минут ласки, мои стоны, становящиеся все громче и громче, и наконец крик, который кажется вырвался из глубины самой души. Пальцы разжались, отпустив из плена простынь. Тело обмякло, покрываясь мурашками.

— Умничка. — Сказал Кирилл, поднимаясь.

Он вытянулся в сторону, открыл верхний ящик тумбочки и вернулся с маленьким квадратиком в руках. Не спеша, Кирилл позаботился о защите, а потом навис надо мной. Мои ноги оказались разведены в стороны, одной рукой он гладил меня по щеке, ныряя пальцами в волосы, а на предплечье другой опирался, не давая раздавить своим весом.

— Хочу тебя. — Сказала, встречаясь своими глазами с его.

Он поцеловал меня в губы, одновременно с этим усиливая давление внизу.

— Будет больно, но пожалуйста только не забывай дышать. Так станет легче, и первые неприятные ощущения утихнут. — Шепнул мне тихо. А потом чуть посмеялся, щекоча ухо: — По крайней мере, это теория. Ты первая девушка, у которой я первый.

Я улыбнулась сквозь слезы, этот парень никогда не перестанет напоминать мне про дыхание, а еще смешить в неподходящие моменты. А потом он проник в меня, и словно две заблудшие души нашли друг друга. Смешалась боль и любовь, и последняя вытолкнула прочь все другое. Я прижимала его к себе, вдыхала запах, целовала и кусала кожу на его плече, растворялась в нем. Мой призрачный парень оказался живее всех живых.

…

Я протянула руку и ощутила под пальцами лишь прохладную простынь. Сон еще не отпустил, вспышками проносились кадры этой ночи, горячее дыхание, что не оставляет ожоги, прикосновения, от которых перестает действовать гравитация. Но эта пустота рядом разбудила, вернула из блаженной неги. Самым большим страхом было распахнуть глаза и понять, что вновь прикасаюсь к Кириллу, но не могу коснуться. Парня рядом не было, его половина кровати оказалась пустая. Облегчение смешалось с огорчением. Я встрепенулась и быстро подскочила на месте, обвела комнату взглядом. Одежду, что мы сбросили ночью впопыхах на пол, Кирилл аккуратно повесил на спинку стула, который он откуда-то раздобыл и поставил в комнате. Не стала натягивать свои вещи, выудила из шкафа рубашку Графова, достающую мне почти до колен, и побрела в сторону кухни-гостиной. Везде тишина. И если бы не тот стул в спальне, то я бы задумалась, что вновь очутилась в своей съемной квартире в одиночестве, а все остальное оказалось сном.

Щелкнул дверной замок, по коридору стал разноситься лай. Я кинулась на звук. Кирилл вернулся в спортивной футболке и шортах, кожа его поблескивала от пота, а волосы забавно топорщились. Я прикусила губу, пресекая радостный всхлип, вот только глаза все равно оказалась на мокром месте. Эмоциональная глупая идиотка.