– Можешь себе представить гнев Алисии, – доверительно рассказывал муж, гладя мои пальцы. – Она как раз договорилась с отцом Колина, а тут принцесса заартачилась. Заявила, что выйдет замуж только за своего избранника.

– За тебя?

Он вздохнул.

– К визиту принца уже все было готово, но Оливия и слышать не желала о помолвке. Алисия от отчаяния даже предложила мне завести с ее сестрой короткий роман, но…

Он не стал продолжать, но я и сама догадалась. Конечно, Алисия и так здорово рисковала, подсовывая Колину, честно говоря, некондицию: взбалмошную истеричную принцесску, не способную держать себя в руках. Но товар, если уж продолжать аналогию, должен быть достаться Колину хотя бы неиспользованным.

– К тому же я сомневался, что Оливия быстро охладеет ко мне, – продолжил Макс. – Не говоря уже о том, что она мне не нравилась.

– И тогда ты решил жениться?

Он поцеловал меня в кончик носа.

– Да. Искал такую супругу, которая не возражала бы против жизни в поместье и не мешала бы мне.

Что же, теперь понятно, почему он обратил внимание на меня. Провинциалка из обедневшего рода согласилась бы на любые условия. А древняя кровь гарантировала рождение наследника, которому не придется стыдиться своего происхождения.

– А потом ты передумал и решил взять меня в столицу?

– Передумал, – шепнул он. – Догадываешься, почему?

И скользнул ладонью в вырез моего платья, сжал грудь.

– Подожди, – остановила его я. – У меня есть ещё один вопрос.

– Только один?

– Только один, – пообещала я. – Утром перед свадьбой я видела тебя в саду с какой-то женщиной. Кто она?

Макс прекратил поглаживать мою грудь под тонкой тканью платья.

– Оливия, – признался он, и по его голосу было слышно, что визит принцессы вызвал его неудовольствие. – Примчалась отговаривать меня от свадьбы.

Я припомнила, как сегодня в парке темно-русые волосы принцессы показались мне рыжеватыми, свои мысли по этому поводу, и кивнула. Да уж, королеву Алисию можно пожалеть, с такой-то родственницей. Но как же охрана – у принцессы ведь должна быть охрана – ее отпустила? Хотя подкуп или шантаж ни в одном мире никто не отменял. Я хотела спросить у Макса, верны ли мои догадки, но стоило мне отрыть рот, как он тут же запечатал его поцелуем. И нам стало не до разговоров.

* * *

Утром, нежась в одиночестве в постели, я пыталась разобраться в услышанном вчера. Итак, Алисия после смерти супруга оказалась в нелегкой ситуации. Наверное, недовольство королевой зрело давно, а здесь появился такой привлекательный повод. Я поморщилась. Даже в моем бывшем мире многие были уверены, что женщина без мужчины ни на что не способна, что тогда говорить о здешних жителях? Пусть Макс не говорил об этом напрямую, но мне хватило ума догадаться, что ему пришлось подавлять готовящуюся смуту. Наверно, не обошлось и без арестов и даже казней. И все равно полностью взять ситуацию в свои руки не получилось. Кто-то никак не желал расстаться с надеждой уютно пристроить свою пятую точку на трон. Вот только кто? Мачеха Алисии? Нет, маловероятно. Она далеко и особым влиянием при дворе никогда не обладала. Хотя воспользоваться ей в своих целях заговорщики могут. Достаточно уговорить ее дать согласие на брак Оливии с нужным человеком – и все. Хотя здесь можно обратиться напрямую к принцессе, минуя ее жадную маменьку. Вот только Оливия, как назло, влюблена в Максимиллиана Родвига… Стоп, это уже интересно. Не забыть бы спросить у Макса, сам ли он додумался до женитьбы на провинциалке или ему кто подсказал. Обиженная женщина на многое способна, а Первый министр нанес принцессе, по ее меркам, настоящее оскорбление – предпочел ей нищую деревенщину.

Теперь Сирил. Преподобный тоже не прочь расширить свое влияние. Как там говорил Макс – храмовники решили воспользоваться ситуацией и ограничить влияние короны? Вопрос только в том, а не сам ли Сирил подкидывает дровишки в огонь недовольства королевой. Хотя в таком случае у него должен быть свой кандидат на трон, поскольку неизвестно, удастся ли договориться с наследником (или наследницей) Алисии. Или с принцем-консортом.

Кто у нас еще? Принц Колин? Может ли он заявить права на престол как супруг Оливии? Немного подумав, я вычеркнула принца из списка. Во-первых, он прибыл в столицу недавно. Мог, конечно, управлять заговорщиками из своего государства, но в правдоподобность этой версии как-то не верилось. А во-вторых, слишком уж мало уделял он внимания предполагаемой невесте. Его высочество куда больше интересовала актриса. Кстати, интересно, каковы планы самой Лоретты. Просто ловит рыбку в мутной воде или выполняет чье-то задание?

Более-менее понятно обстоит дело только с Алексом. Скучающего в провинции красавчика разыскали заговорщики сразу же, как только Родвиг выбрал себе невесту. Стали присматриваться к окружению Аниты и тут же обнаружили не то дальнего родственника, не то сына старинного приятеля мейна Варна, волочившегося от нечего делать за дочерью хозяев дома. И попутно крутившего роман с Эстеллой. Сам себе Алекс, должно быть, казался этаким роковым мужчиной, коварным соблазнителем. Заморочить голову самовлюбленному павлину вряд ли составило труда. Сомневаюсь, что после завершения операции Алекс долго проживет. Все его расчеты жениться на богатой вдове – не более чем фантазии. Состояние Родвига точно планируют прибрать к липким лапкам совсем иные люди.

Что же касается Эстеллы, то ее можно даже не принимать во внимание. Злобная дурочка, травившая Аниту сначала просто от скуки, а потом и из зависти. Сестра по разуму милашки Лотти. Кстати, надо будет лично озаботиться восстановлением пострадавшего от пожара дома дражайших родственниц. Потом, когда вся эта свистопляска вокруг трона закончится.

Ах да, чуть не забыла. Еще таинственный поклонник Магдален. И камни в моем гарнитуре. Почему они произвели такое впечатление сначала на Миону, а потом и на Оливию? Вчера Макс не пожелал развивать эту тему, но я чувствовала, что колье и кольцо – важные звенья цепи. Что-то загадок у меня получалось гораздо больше, чем ответов на них.

Глава девятнадцатая

Глава девятнадцатая

Поняв, что самой мне больше ни до чего не додуматься, я решила разжиться новыми сведениями. И отправилась за ними к уже проверенному источнику сплетен. Прихватив с собой Магдален, я велела кучеру отвезти нас в дом моды Аделины.

– А мейн Родвиг не рассердится? – спросила кузина, судорожно комкая в руках кружевной платочек.

– На что? – не поняла я.

– Ну, ты тратишь столько денег, Ани. Мейн Варн давно бы разозлился.

Мне стало и смешно, и грустно одновременно. С одной стороны, папенька Аниты – тот еще скупердяй. С другой – станешь тут экономным, когда из всей семейки никто не занят делом, а кормить и одевать нужно шестерых человек. Это если не считать Алекса, регулярно наезжавшего погостить. А от семейного состояния давно остались только воспоминания. Анита, конечно же, не задумывалась о том, что надо платить слугам, покупать корм лошадям, чинить подтекающую крышу. Она хотела нарядов и развлечений и негодовала из-за того, что не получала желаемого. Меня же брало зло на братца. Мало того, что сам не пожелал пойти ни в военные, ни в служители храма, так еще и женился на корыстной стерве. Обеспечивать которую опять-таки пришлось отцу.

– Максимиллиан богат, Магдален. Очень богат, – пояснила я. – И он сам позволил мне тратить на наряды столько денег, сколько я сочту нужным.

Но кузина, привыкшая к жизни в бедности, только недоверчиво покачала головой.

– Я боюсь, что он обидит тебя, Ани. Мало ли, на что он способен в гневе? А заступиться за тебя некому.

Можно даже не спрашивать, кто заложил ей в голову такие мысли. Эстелла кормила своими вымыслами не только Аниту, но и ее единственную подругу. Должно быть, упивалась страхом, появлявшимся на хорошеньких личиках глупышек. Если бы подлая бабенка повстречалась мне прямо сейчас, я бы точно вспомнила дворовое детство и слегка подретушировала ей физиономию. Но Эстелла находилась слишком далеко, чтобы я могла достать ее.

Пока я успокаивала Магдален, уверяя, что Макс даже не заметит столь ничтожные траты, экипаж подъехал к модному дому Аделины. Сегодня мы оказались не единственными важными клиентками. Помощница модистки, выскочившая встретить нас, непрерывно кланялась и бормотала извинения, уверяя, что хозяйка скоро освободится.

– Ничего страшного, – заверила я. – В конце концов, мы сами виноваты: не предупредили заранее о визите.

– Быть может, пока подождете в малом кабинете? – предложила услужливая девушка. – Вам подадут пирожные, липовый отвар или горячее вино со специями, если пожелаете.

Погода с утра испортилась, небо затянуло тучами, моросил мелкий дождь. В столицу пришла осень. Конечно, промокнуть ни я, ни Магдален не успели, но что в хмурый день может быть лучше чая с пирожными? Разве что глинтвейн.

– Вино со специями, – решила я.

– И закуски? Пирожки с мясом? Пирожные со сливочным кремом?

«И того, и другого, – всплыло в памяти. – И желательно побольше!» Но вслух я сказала иное:

– На ваше усмотрение. Мы не голодны. Скажите, а с кем сейчас занята мейни Аделина?

Помощница модистки округлила глаза.

– О, сейчас она помогает Лоретте выбрать платье для приема. Говорят, его высочество Колин лично просил ее величество устроить званый вечер. И позвать приму Королевского театра, разумеется.