– А как же университет? Твое желание стать художницей? Те прекрасные картины и портреты, которые ты сможешь нарисовать? Конкурсы, в которых ты сможешь победить, стипендии… Сенем, ты не понимаешь, я не могу дать тебе это. Мы не сможем достичь этого вместе.

Хотя мои губы дрожали, я продолжила, воспользовавшись ее молчанием:

– Когда госпожа Севда организует для тебя встречи с этой семьей, когда они приезжают сюда и проводят с тобой время, ты становишься другой. Я вижу, как ты счастлива в эти моменты. Как взволнована, как блестят твои глаза. Я очень люблю тебя, Сенем, и не могу отнять у тебя будущее. Не могу поступить так эгоистично. Когда идеальная жизнь стучится в дверь, я не могу позволить тебе оставить ее закрытой и даже не заглянуть за нее.

Я не смогла остановить слезы, побежавшие по щекам, Сенем тоже заплакала. Я сумела, сказала ей. Теперь она знала, что я ее отпускаю.

– Без тебя, – пробормотала она, и я, попытавшись улыбнуться, кивнула.

– Без меня. – Я крепко обняла ее и прижала к себе. Притянула подругу ближе, и ее слезы намочили мое плечо. Наши рыдания заполнили тишину комнаты. Принять решение, чтобы отпустить Сенем, оказалось легче, чем сделать это. Прощаться с тем, кто стал частью тебя, твоей половиной, – это неимоверно сложно. Это слишком больно. Сенем была для меня гораздо больше, чем просто другом. Она была моей семьей, моим домом, и теперь я теряла ее. У нас оставалось слишком мало времени.

Мы знали, что семья Алтун приедет рано утром и расставание совсем близко, поэтому эту ночь провели в одной кровати. Все это время мы плакали и вспоминали нашу жизнь. Мы могли больше не обрести новые совместные воспоминания и перебирали наши общие приключения и моменты, как драгоценности.

После завтрака мы с Сенем поднялись в нашу комнату. Пока Сенем собиралась, я наблюдала за ней. Я собиралась спуститься с ней в кабинет госпожи Севды, потому что подруга попросила быть с ней перед отъездом. Прощание уже стучалось в наши двери. Несколько минут спустя мы могли обнять друг друга в последний раз.

Мы не смотрели друг на друга, пока медленно шли по коридору, но Сенем крепко сжимала мою ладонь. Сегодня утром она была робкой, словно ребенок, только начавший ходить в школу. Я знала, что ей страшно. Мы обе боялись, но знали, что переживем это. Я собиралась помочь ей добиться успеха, даже если сама не смогу. Когда Сенем вдруг остановилась, мне пришлось подтолкнуть ее, чтобы она продолжила путь. Ей нельзя было сдаваться, она должна была начать новую жизнь с этой семьей. Должна была уехать и начать все сначала, чтобы стать счастливой.