– Солнышко. – ахнула я и прижала к себе хрупкое тельце.

– Давай останемся, мам. – шептала мне в ухо Анита. – Давай. Я не хочу уезжать. Я хочу, чтобы Влад был моим папой.

Анита никогда не называла Магнуса папой. И он не заводил эту тему. Не настаивал. Я считала, что это нормально. Не хотела навязывать ни Аните, ни самому Магнусу перехода на этот уровень. Считала, что всё должно произойти само собой. Что дочь должна сама созреть до того момента, когда захочет или почувствует потребность назвать его папой. Но этот момент так и не наступил. А с Владом это произошло так стремительно быстро. Она почувствовала его любовь? Настоящую, отцовскую?

– Он и есть твой папа, солнышко. – я немного отстранилась и взяла её руки в свои. – Влад твой папа.

– А почему мы жили так далеко от него? – свела бровки Аня. Совсем как Влад. Тот же залом, те же ямочки на лбу над переносицей.

– Так получилось, родная. – погладила большими пальцами тыльные стороны её ладошек. – Мы сильно поссорились с ним, и я уехала с тобой в животике. И ничего не сказала ему. Влад не знал, что ты у нас родилась.

– Но сейчас вы помирились? – дотошно допрашивала дочь. – Ты больше не плачешь, и я слышала, как вы вместе смеялись на кухне.

– Помирились. – согласилась я.

– Тогда почему мы уезжаем, мам? Давай останемся здесь. У Влада. У... папы.

Я сморгнула слезинку с ресниц.

Эпилог 2

Эпилог 2

У самого въезда на подземную парковку притормозил и задумался. Может, стоило завалить в бар и напиться? Смогу ли провести целый вечер в опустевшей квартире, где каждый шаг будет напоминать о Варваре и Аните? И понял, что в баре, среди гудящей, веселящейся толпы, среди незнакомых людей, одиночество сегодня будет чувствоваться ещё сильнее.

Мне уже не хотелось просто выпивать и вести глазами охоту, выискивая среди танцующих самую красивую девицу, чтобы провести с ней вечер, а может даже ночь. Я вообще никаких девиц больше не хотел. Мне нужна была Варвара. Всегда была нужна, а сейчас, когда она была так близко, когда ощутил тепло её кожи под пальцами, накрыло окончательно.

Они обе мне нужны были. Моя дочь – хрупкая стрекоза, и её жар-птица мать. С недавних пор мне было сложно представить свою жизнь без них, ещё сложнее вспоминать, как жил без их тепла, смеха, звонкого Анюты и тихого грудного Вари.

Нет, в бар не хочу. Девок не хочу. В спортзал тоже не хочу. Ничего не хочу. Приму душ и лягу спать пораньше. В Варвариной комнате, из которой ещё не успел выветриться её запах. Я чёртов мазохист. Буду спать на её кровати и мучиться.

А завтра сорвусь пораньше с работы, поеду к ним, в квартиру Льва Николаевича и заберу Анюту на прогулку. Если удастся уболтать Варю, то и её вытащим гулять. А потом напрошусь к ним на ужин, а ещё лучше – на ночлег. Потому что жить и не слышать их голосов, не слышать их родных запахов – невыносимо.

Ввалился в свою квартиру и с грохотом швырнул сумку на пол. Теперь нечего бояться кого-нибудь разбудить или кому-то помешать читать и заниматься.

Расслабил узел галстука, одновременно разуваясь. Тихо чертыхнулся, наступив пяткой на что-то острое. Какая-то мелкая деталь от киндер-сюрприза или бусина. Рассмотреть не успел, потому что от чужого движения включилась подсветка в коридоре. Я так и замер в нелепой позе: держась одной рукой за стену и с приподнятой ногой, к пятке которой что-то прилипло. Кажется, у меня даже рот открылся от того, что я увидел.

Она стояла босая, поджимала пальчики ног и неуверенно улыбалась. Теребила пальцами кружево короткого, полупрозрачного халатика и смотрела на меня невероятно сверкающими глазами.

– Варя... – на выдохе произнёс её имя.

Шагнула навстречу и положила ладони мне на грудь. Провела по лацканам пиджака.

– Я помогу. – потянула его с моих плеч.

– Варь... – прохрипел осевшим голосом.

– Анита уже спит. Я приготовила тебе макароны по-флотски. Помнишь, ты любил их раньше.

С трудом сглотнул сухим горлом. Это казалось невероятным. Это происходило не со мной.

– Я поняла, что не хочу уходить от тебя, Влад. – посмотрела на меня серьёзными глазами. – Я люблю тебя. Глупо было сопротивляться своим чувствам. Глупо было бояться.

Отбросила снятый с меня пиджак в сторону и, привстав на цыпочки, положила ладони на моё лицо. Заглянула в глаза.

– Ты только не подведи, Влад. Я хочу тебе верить.

– Никогда. – прокаркал сорванным голосом. – Никогда, Варь.

Осторожно, боясь спугнуть это чудо, положил руки на её талию. Притянул к себе.

– Я не подведу, Варя. Я люблю тебя, ты только верь.

Конец.