– Мне очень жаль, что я был таким грубым.

– Все нормально. В тебе говорила забота о маме.

– Ее выздоровление значит для меня очень многое. Мы долгое время пытались достучаться до нее, но ничего не помогало, пока не появилась ты.

– Я чувствовала себя обязанной поговорить с ней. Она показалась мне такой знакомой, и теперь понимаю почему. Вы с ней очень похожи.

– Да, все так говорят, я горжусь этим. Моя мама самая прекрасная женщина, которую я знаю.

Я поворачиваюсь к нему лицом и обвиваю руками его шею. Несчастный случай только усилил любовь, которую Зейн испытывал к матери, и теперь не хватает только чуда, чтобы она вернулась к нему.

– Ей повезло, что у нее есть такой любящий сын, как ты.

– Спасибо, моя красавица.

Он нежно целует меня, когда позади внезапно раздается какой-то шорох. Мы поворачиваемся и видим Далилу, которая смотрит на нас с улыбкой.

– Прошу прощения за беспокойство, но твой телефон звонит, не переставая, поэтому я принесла его.

– Спасибо, Далила.

Она дружелюбно улыбается, прежде чем вернуться в дом. Я краснею, и мне неловко, что она застала нас за поцелуем.

Зейн смотрит на телефон и хмурится.

– Все в порядке?

– Да, это из офиса Coleman & Sons. Я должен им перезвонить.

– Хорошо, увидимся позже.

Он целует меня еще раз и оставляет с колотящимся сердцем.

Глава 26 Зейн

Глава 26

Зейн

Сегодня у меня последний день в учебном центре в Чикаго. С тех пор как мы с Грейс наконец-то начали встречаться, а мама произнесла свое первое слово после стольких лет молчания, мне все же пришлось пройти маркетинговое обучение. Это было интересно, но я скучаю по своей девочке и безумно рад вернуться и снова обнять ее.

Мы созванивались по телефону каждый вечер, и каждый раз она говорит, как сильно скучает, что слышно даже по голосу. После наших разговоров я хватаюсь за ноутбук и продолжаю писать роман. Медленно, но верно двигаюсь к решающей схватке в моей книге.

Из простой крестьянской девушки Данея становится воительницей. Убийца, который должен был предать ее смерти, теперь влюблен в нее, и чувства, которые оба испытывают друг к другу, заметны всем, кроме них. Они все отрицают, скрывают и сомневаются. Я планирую заставить еще немного главных героев пострадать, прежде чем подвести их к счастливому концу.

Это то, что мне нравится – тяжелая борьба, страдания, а потом счастливый конец. В последние месяцы я посвящаю любую свободную минуту роману: пишу, прорабатываю детали и даже нашел двух тестовых читателей, которые сами являются авторами и могут дать моей работе конструктивную критику. Мы переписывались в течение нескольких недель, и я думаю, что могу доверить им свою книгу.

Пейси, Люк, Ронан и я несколько недель лихорадочно соображали, как организовать мальчишник для Дэниела. Чем больше над этим думаю, тем больше убеждаюсь, что для Дэна лучше устроить уютную встречу друзей. Если кто-то из нас приедет на вечеринку со стриптизершей, он свернет нам шею, потому что у него «самая красивая невеста на свете».

В прошлом году я бы еще посмеялся над ним, но теперь, когда сам влюблен, прекрасно его понимаю. До встречи с любимой женщиной жизнь кажется бесцветной и скучной, но стоит найти ее, ту самую, она начинает играть новыми красками. Грейс рассказывает мне каждый день, как дела у мамы и какие успехи. Медленно, но она вспоминает речь. Далила разразилась слезами радости, когда мама произнесла ее имя и улыбнулась. Грейс действительно ангел. Если бы не она, папа отправил бы маму в специализированный центр.

После пункта досмотра я решаю выпить кофе в комнате отдыха. Стоило мне опуститься в удобное кресло, как зазвонил телефон. Это отец. Недолго раздумывая, проигнорировать звонок или нет, мне становится любопытно, что он хочет сказать.

– Привет, пап.

– Она разговаривала.

– Что?

– Твоя мама. София… она поговорила со мной.

– Когда?

– Только что. Я недавно пришел домой переодеться и перекусить, когда София приехала в ванную и поприветствовала меня.

– Это здорово, папа.

– Здорово? Зейн, это… – Его голос дрожит, и я уверен, что он борется с подступившими слезами.

– Это прекрасно, – заканчиваю я за него.

– Она завязала мне галстук и улыбнулась, почти как раньше.

– Потихоньку мама возвращается к нам.

– Наконец-то… Наконец-то все встает на свои места.

– Она проходит терапию?

– Да. По словам Далилы, беседа с психологом прошла отлично.

– А физиотерапия?

– Тоже хорошо. За неделю она добилась большего успеха. Намного больше, чем за весь прошлый год.

Он всхлипывает, чем доводит меня самого до слез. Это первый телефонный разговор за долгое время, когда мы нормально говорим друг с другом.

– И все потому, что твоя девушка заботится о ней.

– Ты знаешь, что мы вместе?

– Конечно, знаю и не имею ничего против.

– Благодарю.

– Твоя девушка просто чудо! Необычайно скромная и чрезвычайно талантливая.

– Ты, кажется, удивлен?

– Да, она сильно отличается от всех тех женщин, с которыми у тебя были интрижки.

– Эти времена прошли, теперь есть только Грейс.

– Так же как и у меня, мой мальчик. Я бы никогда не смог любить другую женщину, только твою мать.

В хорошем настроении выхожу из самолета и, схватив чемодан, тороплюсь к Грейс, но по дороге получаю сообщение, что она на встрече с подругами и могу забрать ее позже из клуба. Пожелав ей приятного вечера, чувствую, как валюсь с ног, но мне надо заглянуть в Coleman & Sons.

Я вхожу в здание и испытываю радость, чего на предыдущих местах работы никогда не случалось. Поднимаясь на этаж, приветствую нескольких коллег, прежде чем захожу в кабинет Шона Коулмана. Постучав и услышав приглашение, вхожу.

– Зейн! Рад тебя видеть. – Коулман встает и пожимает мне руку, и предлагает сесть. Он одет в темный строгий костюм. Никогда не видел его в повседневной одежде.

– Как прошло обучение?

– Сухо, скучно, но информативно.

– Да, так часто бывает на курсах повышения квалификации, – говорит он и смеется. Кажется, у моего босса есть чувство юмора.

– Я хотел занести тебе сертификат о прохождении курса перед выходными.

– Хорошо, что ты зашел. Я как раз хотел поговорить с тобой, – говорит босс и садится за стол.

– Да, конечно. – Если он хочет поговорить с глазу на глаз, последствия могут быть или очень хорошими, или очень плохими, но я настроен крайне оптимистично.

– Я следил за твоей работой с первых дней. – Я ожидал чего-то подобного. Ему нужно убедиться, что я вписался в команду и способен организовывать встречи на высшем уровне.

– И какие выводы ты сделал?

– Ты хорош в организации моих встреч. Все проходит идеально, но, кажется, есть кое-что другое, что бы ты мог делать еще лучше.

Я удивленно приподымаю брови.

– И что же?

– Писать. После того как ты помог копирайтерам, слышу одну похвалу в твой адрес. Поэтому я увольняю тебя с должности своего помощника и нанимаю в качестве автора рекламных текстов.

У меня пропал дар речи, и я не знаю, что сказать. Он прав. Когда я правил рекламные тексты и писал сам, находился в своей стихии. Эта работа доставила мне неимоверное удовольствие, и считаю большой удачей, что босс заметил это и хочет развить мой талант. Но ему не стоит знать, что я планирую заниматься кое-чем другим в жизни.

– Ты молчишь.

– Прошу прощения. Я просто ошеломлен. Но ты прав, писательство мне ближе, чем организаторские вопросы.

– Прекрасно, что я еще не потерял дар рассуждения.

– Судя по всему, он при тебе.

– Я всегда прислушиваюсь к своему чутью, когда речь идет о новых сотрудниках, а ты действительно талантлив, и мы давно искали кого-то вроде тебя.

– Если честно, я сам удивлен, что мне здесь нравится, потому что очень не хотел здесь работать.

– Я заметил.

– Неужели? – Мое ошарашенное лицо, кажется, забавляет Шона. Этот парень явно не промах.

– У тебя был взгляд «идите вы все к черту!». К тому же я прекрасно знал, что тебя пригласили на собеседование только благодаря знакомству наших отцов.

– И все равно нанял меня?

– Потому что в тебе я увидел прежнего себя, и мне захотелось выяснить, насколько ты хорош на самом деле. Так что скажешь? Хочешь перейти?

Что-то глубоко внутри меня хочет согласиться, но, с другой стороны, это не то, о чем мечтаю. Да, мне хочется иметь возможность жить на доход от авторства, но боюсь, что вся энергия пойдет на работу в Coleman & Sons, а книги уйдут на второй план.

– Я подумаю и сообщу тебе о своем решении как можно быстрее.

– Да, без проблем. Наслаждайся выходными, увидимся в понедельник.

Распаковав чемодан, ложусь на диван. Несмотря на то что я сильно взволнован от предложенной работы, усталость наваливается на меня и я мгновенно засыпаю.

Звонок в дверь вырывает меня из прекрасного сна. Некоторое время лежу и моргаю, чтобы понять, где я нахожусь. Подойдя к домофону, спрашиваю, кто там?

– Не болтай и открывай дверь, Ромео.

Покачав головой, открываю входную дверь, а потом включаю кофеварку. Две кружки кофе были готовы, когда Дэниел и Пейси вошли в квартиру. Я подал им чашки и начал готовить себе.

– Ты выглядишь помятым, дружище, – отмечает Дэниел, пожав мне руку.

– Я спал, учеба была утомительной.

– Кончай спать, приведи себя в порядок, завей кудри, мы уходим. – Пейси считает себя шутником года.

– Могу я сначала выпить немного кофе?

– Конечно, только быстрее. Девчонки в стрип-клубе, и мне не хочется пропустить это зрелище.