— Конечно. Не беспокойтесь, Ульяна. Мне торопиться некуда, занимайтесь своими делами.

Ему то может и некуда, соплю я, заглядывая в комнату. Никита спит, набегался. А мне вот очень интересно, зачем он сюда приехал. И что он собирается делать?

— Анечка, садись на горшок, — шепчу я.

Достаю штанишки от спортивного костюма, футболку, а после, когда дочь сделала свои дела одеваю ее.

Выходим из спальни, Даниил сидит за столом, пьет чай со свежим хлебом и задумчиво смотрит в окно.

— Анечка кушать хочешь? — спрашиваю на всякий случай, она поспала всего полчаса.

— Неть.

— Хорошо, садись на диванчик, посмотри мультики.

Беру в руки свой смартфон и нахожу мультфильм о Барбоскиных. У меня есть примерно десять-двадцать минут, и я могу спокойно поговорить с Даниилом. Обычно я не люблю отвлекать детей мультиками, но иногда это необходимо, как сейчас.

Сажусь напротив мужчины и собираюсь с мыслями.

— Итак, ты жена Славика? И это его дети?

Молча киваю, прячу руки под стол, чтобы не видел как они дрожат.

— У Славика квартира в Домодедово, почему вы живете на старой даче? Или вы в разводе, а сюда ты с детьми просто отдохнуть приехала?

— Не знаю на счет развода, — голос дрожит, — нас выгнала мама Славы, когда он погиб.

— В смысле погиб? Я был у него полчаса назад!

3.

3.

Даниил.

Последние десять лет я живу в Питере, лишь время от времени приезжая навестить маму с младшим братом.

Небольшой бизнес отца, типографию, я оставил брату. У меня уже давно свой бизнес. Начинал простым геймдизайнером, а сейчас я создал свою команду. Обеспечиваю видение проекта, формирую стратегию, планирую и контролирую продакшн, привлекаю инвестиции, интегрирую сотрудников, составляю проектную и дизайнерскую документацию. Я тот человек, который доносит суть концепции до команды.

Мой брат попал в аварию вместе со своей невестой. Моя мать была в панике, позвонила мне, и вот я уже в Москве. Сначала она думала, что Славик погиб, а его беременная невеста выжила. Я не знаю, с кем из медперсонала она разговаривала по телефону, но это была неверная информация.

В больнице познакомился с самой Кариной и ее родителями. Они оказались довольно состоятельными людьми, у будущего свекра строительный бизнес. Они собирались подарить молодым квартиру на свадьбу на Патриках, но и со Славика потребовали вложиться в общую недвижимость будущей семьи. Проверяя таким образом его состоятельность, как будущего главу семьи.

— Ну и где ты возьмешь деньги? Чтобы оплатить половину квартиры на Патриках? — интересуюсь я, когда вник в дела семьи.

Обычно я не лезу, в свое время мы все сильно разругались, потому что Славик постоянно попадал в какие-то передряги, думали даже, сядет. Но мать всегда сдувала с него пылинки, но после смерти отца он лично пообещал мне, что возьмется за ум.

— У меня, между прочим, есть трехкомнатная квартира в Домодедово, — гордо заявляет брат. — Продам ее и добавлю.

— Я не знал, молодец, — хвалю брата. — Свекр, правда, тебе достанется суровый!

— Потерплю, говорят, он болен. А Карина — единственная дочка своего отца…

Всё ясно, ничего не изменилось, всё так же пытается не сам добиться большего, а надеется, что бизнес свекра достанется ему.

Перед тем как вернуться домой, в Питер, я решил проверить, стоит ли еще дача бабушки, вряд ли за ней приглядывали мама со Славиком. И каково мое удивление, когда я вижу тут молодую женщину, утверждающую, что она жена моего брата и это его дети.

— У Славика квартира в Домодедово, почему вы живете на старой даче? Или вы в разводе, а сюда ты с детьми просто отдохнуть приехала?

Про невесту и продажу квартиры пока молчу. Паспорт бы этой Ульяны посмотреть, может врет все?

— Не знаю на счет развода, — голос дрожит, — нас выгнала мама Славы, когда он погиб.

— В смысле погиб? Я был у него полчаса назад!

Я ничего не понимаю! У него там невеста, планы на продажу квартиры, а тут его дети живут просто в нищенских условиях. Так еще и мать руку приложила, выгнала их. И сама жена уверена, что Славик погиб.

Девчонка подскакивает, кидается к двери, затем к дочери, а потом с тоской смотрит на дверь спальни, где продолжает спать сын. Хотела к Славику что ли бежать? Или просто бежать отсюда?

— Тихо, Ульяна. Успокойся, не пугай детей, — говорю не громко, но твердо.

Она смотрит на меня таким взглядом, что сердце замирает от жалости. Садится обратно за стол, стирает тихо бегущие слезы.

— Жив? А почему же он мне не позвонил даже? — жалобно спрашивает она.

Любит… Такое не сыграть, делаю я вывод.

— Понимаешь в чем дело Ульяна, я не знал, что у брата есть жена и дети, — беру ее руку, считываю как бьется бешено пульс.

— Мама Славы говорила, что он развелся со мной, — всхлипывает она, — но я не знала! Не знала даже понимаете? Я ведь все, все для него! Продала свою двушку, доставшуюся от родителей, Слава добавил и мы купили трехкомнатную, там же в Домодедово, в хорошем районе. Я учебу бросила, когда мы узнали, что у нас будет двойня. А он… даже не позвонил!

Она закрывает лицо руками, содрогается в немом рыдании.

А я вспоминаю с какой гордостью он говорил, что у него квартира в Домодедово. Был бы он сейчас рядом, я бы его так уделал, что он снова оказался бы в больнице.

— Мам? Ты пачешь?

Ульяна замирает, вытирает слезы, натягивает улыбку и поворачивается к дочери.

— Нет родная, просто соринка в глаз попала.

— Балбоскины, — протягивает она ей телефон.

— Давай, включу следующие серии.

Ребенок отдает матери телефон и рассматривает меня.

— Папа?

— Я твой дядя Даня, ты забыла? Я не папа, — подхватываю малышку на руки.

— А папа на небе, да?

Смотрю на Ульяну и не знаю, что сказать. Почему-то я уверен, что брату хватит совести отказаться от своих детей, я уж не говорю про Ульяну.

— Анечка, беги смотри «Барбоскиных», — отдает она свой телефон обратно ребенку.

Молчу, не знаю, что сказать. Смотрю на убитую горем женщину.

— Что мне теперь делать? — скорее это вопрос, обращённый к самой себе, чем ко мне.

4.

4.

Ульяна.

Я думала, больнее быть уже не может. А нет… Очень даже может. Сейчас у меня одно желание — забиться куда-нибудь и выть, как раненому зверю, выплеснуть свои эмоции, которые я вот уже две или три недели держу в себе. Лишь изредка я позволяю себе на несколько минут выплеснуть их, когда плачу в подушку. Хотя моя душа разрывается от боли, и раны кровоточат — круглосуточно.

— Вы не могли бы дать мне новый номер Славы? Старый недоступен, наверное?

— Да, новый телефон, новый номер. Не захотел старый восстанавливать, — вздыхает Даниил. — Хотите отвезу вас к брату?

— Нет! — распрямляю плечи, хватит лить слезы перед его братом! — Очевидно, что мы ему не нужны! Но в суд на раздел имущества я подам! Мои дети не будут жить в таких условиях! Ваша мама говорила что-то про бизнес? Тут я не претендую, только на квартиру, ну и машина моя останется, естественно!

— На всё, что полагается, будешь претендовать, я найду тебе адвоката, — чуть ли не рычит мужчина, переходя на «ты».

Я удивленно поднимаю на него взгляд.

— Я не позволю, чтобы мои племянники жили в таких условиях, — обводит он глазами старую дачу. — Диктуй свой номер телефона и мне бы фото паспорта…

— Это еще зачем? — перебиваю я.

— Для адвоката, он должен все знать о тебе, не только с твоих слов. Понимаешь, Ульяна?

— Я не понимаю, вам-то зачем все это? Вы не знали о нашем существовании, так и не знайте дальше!

— Мам? — дочка реагирует на мой тон.

— Все хорошо родная, смотри мультики, — улыбаюсь ей.

— Ты думаешь, раз он мой брат, то я на его стороне? — мужчина резко встает, снова садится. — Я давно разочарован в Славике, но даже предположить не мог, что он поступит так с женщиной, которая любила его и родила ему детей.

— Мне надо время подумать… Скоро проснется Никита, вам лучше уйти, он не такой спокойный, как Анечка.

— Вот мой номер, — достает мужчина визитку, — позвоните мне, и я скину вам телефон брата для начала, — косится он в сторону дочери, которая смотрит мультики. — На сегодня я вас оставлю и приеду завтра. Договорились? И еще, Ульяна…

Даниил замолкает, видно, что раздумывает, говорить или нет.

— Во-первых, не говорите ему, где вы сейчас находитесь. Я уже просто ничему не удивлюсь. А во-вторых, думаю, вы имеете право знать и быть готовым к этому… — Он тяжело вздыхает. — В общем, у Славика есть невеста из богатой семьи. Беременная невеста. И авария была не такой уж ужасной, просто небольшое столкновение.

Я помнила, про какую-то невесту говорила свекровь, но запретила себе про это думать. И вот сегодня Даниил опять говорит про это, для того чтобы меня морально подготовить. Стискиваю зубы и киваю головой.

Наконец мужчина уезжает, я ложусь на диванчик рядом с дочерью, хотя мне надо готовить ужин.

В голове ни одной мысли, пустота. Обнимаю Анечку и смотрю вместе с дочкой мультик.

5.

5.

Даниил.

Выхожу на улицу, и легче мне не становится. Я сгораю от стыда за своего брата и мать. Как они могли так поступить с Ульяной, с детьми! Мать же каждый раз выедает мозг чайной ложечкой, внуков ей подавай. А тут двое: и мальчик, и девочка. Мальчишку я не видел, но почему-то представляется, что он тоже похож на Ульяну, такой же светленький, как мама и сестричка.

Мчу обратно в город, сначала к матери, посмотреть ей в глаза!