– И что ты планируешь делать?
– Сейчас напишу ему что-то наподобие: «Я так понимаю, что квартира остаётся мне, а ты будешь довольствоваться при разводе техникой?». Ну и исходя из его ответа придумаю, что делать дальше.
– Может, сразу вызовешь участкового?
– А что он сделает? Вещи забрал мой муж, и, скорее всего, он скажет – «Разбирайтесь с вашим мужем в суде». Не могу же я обвинить Глеба в воровстве того, что он сам когда-то купил. Но на суде я обязательно на нём отыграюсь! Раз он хочет воевать со мной, то я повоюю. Буду мелочной сукой, но за каждую пару носков ему предъявлю, чтобы ему жизнь мёдом не казалась.
Вдоволь перемыв кости моему бывшему, я попрощалась с Ирой, так и не ощутив желаемого облегчения.
Эмоции как бурлили во мне, так и бурлят. И единственное, что могло помочь мне вернуть былое спокойствие, так это появление Глеба.
Будь он сейчас рядом, я бы ему задала жару, чтобы он долго не мог забыть мой гнев, на этот раз без жалости пустив в ход сковородку, не боясь сильно покалечить неверного.
Я просто в шоке от него, по-другому моё состояние не описать. Столько лет я была его опорой, помощницей, другом и порой даже личным психологом, помогая ему преодолеть личностные сомнения и страхи, а он в благодарность тайком пробирается в квартиру, чтобы украсть вещи.
Именно украсть! Мы же даже ещё не обсудили раздел имущества, не попытались по-честному и мирно решить наш конфликт.
Да, вчера я выгнала его из дома, но это заслужил. И я никак не собиралась поступать мелочно и низко, выписывая его из квартиры и втихаря продавая вещи, чтобы неверному досталось как можно меньше. А он... Он не мужчина, а всего лишь жалкое подобие.
Неужели Глеб всегда был таким? Или к нему подкрался кризис среднего возраста, превративший его в какого-то... Хотя о чём это я? Это же явно была не первая его измена. А значит, он всегда был лицемером и козлом, вешающим мне лапшу на уши, пользуясь моей слепой любовью.
А главное, как хорошо он скрывал свои похождения! Ни женского белья, ни презервативов и следов от помады, как и отсутствием засосов и царапин.
И пока я растила наших детей, Глеб развлекался на стороне, делая из меня дуру.
Зато на мой прошлый день рождения он мне чуть ли не дифирамбы пел, расхваливая перед нашими общими друзьями, повторяя, как сильно ему повезло со мной и он рад, что судьба свела нас вместе.
Ну да, ему и правда повезло. Глупая жена всегда была рядом и во имя любви упрощала ему жизнь. Не каждому повезёт так сильно влюбить и привязать к себе женщину.
А я-то всегда считала себя умной.
Осознав, что уже в который раз зацикливаюсь на своих эмоциях, злясь то на саму себя, то на Глеба, не в состоянии отпустить эту ситуацию, я позвонила неверному, услышав в ответ его самодовольное:
– Ну привет, Вера, что-то не так? Ты уже соскучилась и...
– Я уже вызвала слесаря, так что фиг ты снова проберёшься в квартиру.
– В смысле вызвала слесаря? Это незаконно!
– Тырить втихаря вещи, купленные на семейные деньги, наши общие деньги, тоже малость незаконно. И не переживай, я обязательно внесу в список всё, что ты украл, чтобы на суде поделить всё поровну.
– Украл? Слушай, Вера, а ты случаем ничего не попутала? Я взял только то, что и так мне принадлежит. Плюс ещё и самое необходимое, ты же выгнала меня из дома, истеричка.
– Кто бы говорил про истеричек! Раскидал все мои вещи и поди горд собой. Кстати, мои золотые серёжки с изумрудами тоже тебе принадлежат? Планируешь проколоть уши? Или собираешься передарить их своей Лере? Но тогда предупреди её, что если вы расстанетесь, то ей придётся вернуть все твои подарки. Ты же не мужик, а так, мужичок, с маленькой, малюсенькой буквы.
– А какого хрена я должен отдавать тебе золото, купленное на мои личные деньги?
– А с такого хрена, что даже украшения подлежат разделу. Судья, конечно, будет в недоумении, когда ты будешь с пеной у рта драться за подарки, но ты же не против опозориться, да?
– Короче, я не вижу смысла продолжать этот глупый диалог. Сначала успокойся, подумай о своей жизни, которая будет одинокой и скучной, а потом уже пытайся меня оскорбить. Но запомни, ты поступаешь низко и...
– Низко? Прямо как и ты вчера, точно также пытаясь оскорбить меня.
– Мне больше нечего тебе сказать. Радуйся, что пока живёшь в нашей квартире, хотя я мог вместе с Лерой на законных правах жить в ней до продажи.
– О-о-о, тогда бы я устроила вам двоим такую весёлую жизнь, что ты бы окончательно поседел от нервов. Хочешь попробовать?
Ничего мне не ответив, Глеб скинул вызов, а я почувствовала себя чуточку лучше.
И благодаря беспорядку, руку к которому приложил бывший, я смогла немного отвлечься, раскладывая вещи по местам, заодно записывая чего не хватает.
И каково же было моё удивление, когда на задней поверхности вытащенного из комода шкафичка я нашла приклеенную заначку мужа, о которой тот забыл.
Похоже, Глеб так спешил, опасаясь, что я могу раньше времени вернуться домой, что выдернул шкафчик со своим нижним бельём, не успев подумать о деньгах.
И теперь, достав из пакета стопку пятитысячных купюр, о существовании которых я не знала, я ехидно улыбнулась, представив реакцию неверного, когда он поймёт, что забыл забрать восемьдесят тысяч.
Это прямо как компенсация за украденные вещи и бардак. Но даже так эти деньги не окупят техники, которой мне будет ой как сильно не хватать.
Но ничего, я могу несколько дней и руками постирать. Не сахарная, не растаю.
Спустя где-то час, Глеб стал настойчиво мне названивать, что говорило о том, что он вспомнил о деньгах. И даже примчался ко мне домой, требовательно барабаня в дверь.
Но я как раз незадолго до его прихода расплатилась со слесарем, и ключ, который неверный настойчиво пихал в замочную скважину, не мог помочь ему добраться как до меня, так и до его заначки.
Зато я снова узнала много чего интересного о себе. И Глеб не постеснялся назвать меня воровкой, намеренно крича как можно громче, чтобы его услышали соседи.
Глава 6
Глава 6
Глава 6
– Ну что? – сразу же спросила Лера, стоило мне только войти в квартиру.
– Ничего. Эта стерва поменяла замки, так что только в суде я смогу чего-то добиться. Сейчас с ней даже разговаривать не стоит!
– Ты думаешь, она нашла твои деньги?
– Конечно нашла! Я же сам ей в этом помог, так протупив, что... А всё из-за тебя! Вот надо было тебе загрузить меня по полной своими нравоучениями. Ты вообще на чьей стороне? Или забыла, как Вера накинулась на нас и вышвырнула вон из моей же квартиры? Нет, я давно заметил, что она изменилась, но такого даже я не ожидал. Интересно, у всех женщин с возрастом сносит крышу? Ты-то такой не станешь?
Сняв куртку, я передал её Лере, чтобы она убрала её в шкаф, после чего снял кроссовки и прошёл на кухню, устало опустившись на скрипящий стул.
Хотел, называется, расстаться с женой мирно! А всё Лера со своим нытьём «надо поговорить с ней, она всё поймёт, не надо больше скрывать наши отношения». Если бы я не поддался на её уговоры, то не выставил бы себя таким кретином в глазах Веры!
Не удивлюсь, если она сейчас смеётся надо мной, обзванивая своих подруг, чтобы всем рассказать, как она отделала меня полотенцем и сковородкой.
С виноватым видом зайдя на кухню, Лера шустро поставила передо мной тарелку с ужином, после чего включила электрический чайник и села рядом, заметно нервничая.
– Прости, я просто думала, что надо поступить правильно и подождать, пока твоя жена... то есть бывшая, остынет, а уже тогда решать с ней, какие вещи ты можешь забрать себе, а какие останутся ей. Я бы... была неприятно удивлена, вернись я в квартиру и не досчитайся какой-то техники.
– А я что-то не понял. Ты что, снова меня осуждаешь?
– Конечно же нет! Я... Ты прав, это всё Вера виновата. Она отреагировала очень глупо и эмоционально, не захотев по-человечески поговорить с нами.
– Хорошо, что ты быстро сориентировалась и сказала ей, что беременна, а то она бы и по тебе прошлась. Вера только на вид хрупкая, а удар у неё, как оказалось, ого-го какой.
Растерев пальцами плечо, на котором уже проявился синяк, я скривился от тупой боли, пытаясь не вспоминать о вчерашнем вечере.
Почему-то промолчав, Лера как-то странно смотрела на меня, то ли с намёком, то ли чего-то от меня ожидая.
– Что? Так и будешь молчать? Ты же знаешь, я не люблю эти игры в угадайку. Если тебе есть что сказать, то говори.
– Я подумала, что ты всё понял, но просто не готов был поговорить об этом.
– Что понял? О чём поговорить?
– Глеб, ну я же не просто так сказала твоей жене, что в положении, лишь бы она меня не трогала.
– Не просто так, а... – и тут до меня дошло, – Лера, ты что, и правда беременна?
– Да... Но ты разве не рад?
Встав из-за стола, я взлохматил руками волосы, пытаясь переварить эту новость, которая совсем была не к месту.
Мне нравилась лёгкость в наших с Лерой отношениях. Мы жили для себя, без каких-то серьёзных обязательств, нудной и утомляющей рутины, от которой я порядком устал с Верой. И как-то в мои планы не входило снова становиться отцом и маяться с ребёнком.
С каждой секундой Лера всё сильнее менялась в лице, уже нервно сжимая перед собой руки, словно ожидая услышать от меня смертельный приговор.
Но зато теперь понятно, почему она в последнее время вела себя так странно, из-за чего у меня порой возникали мысли, что она что-то от меня скрывает.