Наконец Алла спохватилась, что час уже поздний, пора и честь знать. Когда она уже стояла в прихожей, прощаясь с Наташей, в ее сумочке зазвонил телефон. Петенька начал беспокоиться…
Глава 26
Ровно в три часа дверь бухгалтерии осторожно приоткрылась, внутрь просунулась седая голова Ольги Ивановны.
— Девочки, пропел гудок заводской, конец рабочего дня!
Элиза Никаноровна оторвалась от компьютера и сказала:
— Как приятно, что кому-то здесь известны песни моей молодости!
— Ну, я помню даже песни тех лет, когда была молодой ваша матушка, — беспечно ответила Ольга Ивановна и исчезла.
Наташа расхохоталась.
— Да, умеет тетя Оля комплименты говорить!
— Тетя Оля? — Недоумевающий взгляд Элизы обратился в сторону Наташи. — Вы родня?
— Нет, — покачала головой Наташа. — Просто Ольга Ивановна была подругой моей бабушки. С юности. Я и привыкла ее так называть.
— Вот оно что… — По лицу главного бухгалтера проскользнуло странное выражение, не понятое Наташей. — Значит, наша благородная служительница чистоты знает тебя много лет?
— С рождения, — подтвердила Наташа. — А что?
— Нет, ничего… просто это как-то прошло мимо моего внимания.
— Ну, мы же с ней на работе не демонстрируем душевную близость.
— Знаешь что, Наташа? — сказала вдруг Элиза Никаноровна очень серьезно. — Ты здорово изменилась в последнее время.
— Это плохо? — перепугалась Наташа.
— Нет, наоборот, — улыбнулась главный бухгалтер. — Совсем наоборот. Ты… ну, ожила, что ли. Стала увереннее в себе. Стала улыбаться чаще. Расцвела, вот как.
— Весна! — заявила Наташа. — Весна виновата! Ну как, разрешаете отправиться на празднование, гражданин начальник?
— Уж конечно. Заканчивай это грязное дело — и вперед, вдарим по шампанскому!
В общем, все было как всегда. Столы, нагруженные тарелками и бутылками. Подарки женщинам — цветы и коробки конфет. Очень дорогих конфет, как знала теперь Наташа. Андрей Вадимович поздравил прекрасных дам, пожелал им счастья и так далее, и все занялись шампанским и закусками. Наташа совсем было собралась по привычке забиться в дальний угол, но ее поймала за рукав секретарша:
— Наталья Игоревна, какой у тебя обалденный костюмчик! Где покупала?
— В Пассаже. Нравится?
— Не то слово! — Нина закатила глаза к потолку. — Жаль, что у меня глаза не зеленые. Я бы тоже что-нибудь в этом роде купила. И серьги…
— Подарок, — похвасталась Наташа. — Подруга с мужем подарили на день рождения.
— Неплохо, неплохо, — одобрила Нина. — Давай-ка мы с тобой еще по чуть-чуть шампусика, а?
Наташа не сразу заметила, что Нина, болтая всякую ерунду, проделала тем временем хитрый маневр, в результате которого девушки оказались совсем рядом с Андреем Вадимовичем. И, обнаружив, что он стоит прямо перед ней с бокалом шампанского в руке, отчаянно растерялась.
— Еще раз с праздником, милые дамы! — весело сказал Вадимыч. — Какие вы обе симпатичные! И нарядные, и вообще — рад сообщить, что в моей фирме работают самые приятные дамы и девушки Санкт-Петербурга.
Нина расхохоталась и кокетливо прищурила глаза.
— Ах, Андрей Вадимович, да вы у нас комплиментщик! Вот уж раньше не замечала!
— Это по невнимательности, — заверил ее шеф. — На самом деле я просто ежесекундно говорю всем комплименты.
Тут уж и Наташа рассмеялась. Ей вдруг стало так хорошо, как никогда в жизни. Она ведь до сих пор ни разу не говорила с Вадимычем просто так, ни о чем… а он, оказывается, рад пошутить! И вообще лучше всех на свете… У Наташи просто сердце замирало, когда она смотрела ему в глаза, слышала его голос… Куда до него Валерию! Даже сравнивать глупо. Пусть сосед хоть по десять корзин цветов присылает.
Но Наташа не успела насладиться выпавшим на ее долю счастьем. Не прошло и получаса с начала празднества, как в комнату быстро вошел охранник, обычно сидевший внизу, нашел взглядом Андрея Вадимовича, протолкался к нему сквозь толпу сотрудников и что-то быстро зашептал на ухо.
Вадимыч побледнел. Наташа, увидев это, испугалась до полусмерти. И не одна она заметила это. Нина тут же подхватила заместителя главного бухгалтера под локоть и отвела в сторонку, к окну.
— Что случилось? — тихо спросила Наташа.
— Не знаю, — так же тихо ответила Нина.
Ответ явился в следующую секунду. Впрочем, Наташе этот ответ был совершенно непонятен.
В помещение ворвалась супруга Вадимыча. Кто-то, пытавшийся ее удержать, остался в коридоре. Охранник, пришедший перед ее появлением, тоже сделал попытку остановить бешеную фурию, рвавшуюся к своему законному супругу, но Нелли Дмитриевна отшвырнула его с дороги. И как вкопанная остановилась перед Андреем Вадимовичем. В руках женщина держала какую-то фотографию.
— Вот, значит, как! — зашипела она в лицо мужу. — Ну и где эта твоя пассия? — Нелли Дмитриевна демонстративно повернулась и оглядела сотрудников, поспешно расступившихся в стороны. — А! Вижу, вижу! — Пьяный взгляд сосредоточился на Наташе. — Хороша, ничего не скажешь. А главное — молоденькая. Тебя, значит, на девочек потянуло?
Наташа задохнулась от ужаса. О чем говорит эта сумасшедшая? Почему она так странно смотрит?
Андрей Вадимович почему-то молчал, глядя только на жену и избегая вопросительных взглядов сотрудников. А Нелли Дмитриевна снова повернулась к нему и завопила во все горло:
— Ты, значит, мамочку свою вдруг возлюбил без меры! Как ни суббота — так надо мамулю навестить! Козел! Сукин сын! Я так и знала, что эта старая стерва подсунет тебе какую-нибудь подстилку! Актриса, мать ее! Свободные нравы! Ну, ты за это заплатишь, еще как заплатишь!
Наташа, ничего не понимавшая, вдруг заметила, что кое-кто из сотрудников фирмы не обращает ни малейшего внимания на пьяную красотку, а наблюдает за ней, Наташей… и в числе таких наблюдателей оказались и главный бухгалтер Элиза Никаноровна, и Ольга Ивановна, и секретарь Нина…
Андрей Вадимович вдруг взял жену под руку и потащил к выходу. Нелли Дмитриевна завизжала, как будто ее резали, и попыталась сесть на пол. Однако силы оказались неравными. Андрей Вадимович выставил жену за дверь и сдал на руки охранникам. Но она продолжала кричать, когда ее уже тащили к лифту, и Наташа вместе со всеми остальными прекрасно слышала, как Нелли Дмитриевна, захлебываясь от пьяной злобы, выкрикнула:
— За каждый цветочек заплатишь! А за подсолнушек вдвойне!
После этого шум затих. Охранники впихнули буйствующую даму в лифт, и дверь закрылась.
Подсолнушек?…
Кровь отхлынула от лица Наташи. Подсолнушек? Так ту корзину прислал не Валера?…
В глазах девушки потемнело — и больше она ничего не помнила.
Очнувшись, Наташа обнаружила, что полулежит в большом кожаном кресле все в той же комнате, где проходил фуршет, но все куда-то исчезли, оставив недопитые бокалы, а рядом с ней хлопочут Ольга Ивановна и Нина. От резкого запаха нашатырного спирта Наташа поморщилась.
— Очнулась, — спокойно сказала Ольга Ивановна. — Ну, все в порядке. Не ушиблась, когда падала?
— Я… я упала? — слабо удивилась Наташа.
— Было немножко, — серьезно подтвердила Нина. — Никто не успел подхватить.
Ольга Ивановна осторожно ощупала грудную клетку Наташи, кончики ее сухих старых пальцев прошлись по ключицам, по шее девушки.
— Полный порядок, — удовлетворенно сообщила служительница чистоты. — Не то, что переломов, даже приличного ушиба нет. Можно отправлять домой.
Нина поднесла к губам Наташи стакан с холодной минеральной водой.
— Выпей немножко.
— Ну что ты ей воду подсовываешь? — возмутилась Ольга Ивановна. — Ей сейчас необходим коньяк, и в приличном количестве!
— Нет… — попыталась было возразить Наташа, но вдруг поняла, что ей и самой отчаянно хочется сделать хороший глоток спиртного.
Хлебнув коньяка и запив его минералкой, Наташа закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться и разобраться в произошедшем. Ольга Ивановна сказала:
— Пойду, организую доставку.
И вышла из комнаты.
Нина, придвинув стул и усевшись рядом с Наташей, осторожно спросила:
— А ты что, действительно не знала, что мамаша Вадимыча живет в одном подъезде с тобой?
Глаза Наташи сами собой широко раскрылись и уставились на безупречного секретаря.
— О чем ты?
— Не знала, — констатировала Нина. — Вот история! Впрочем, во всей фирме только мне одной это известно. Но я думала, вы там по-соседски уже во всем разобрались. Актриса. Ты ведь с ней знакома, насколько я поняла?
Наташа медленно выпрямилась в кресле, все так же пристально глядя на Нину.
— Актриса? Лидия Кирилловна? Ты хочешь сказать, что Вадимыч — ее сын?
— Ну да, — кивнула Нина и тут же, увидев, как изменилось лицо Наташи, схватила со стола бутылку с коньяком и снова наполнила рюмку. — Ну-ка, дерни еще немножко!
Наташа послушно опустошила рюмку, не почувствовав ни вкуса коньяка, ни его жгучей силы. Лидия Кирилловна…
— А о каких это подсолнушках болтала та стерва? — поинтересовалась Нина. — То есть… извини, у меня и в мыслях нет вмешиваться в такие дела. Просто… ну, раз уж теперь вся фирма знает…
— О чем знает? — спросила Наташа. На нее вдруг навалилась бесконечная усталость, как в тот день, когда она хоронила бабушку… наверное, и сегодня у нее тоже похороны. Похороны мечты.