— Only one. One seat.
Я увидела, как напряглись его плечи. Одно место. Только одно.
Я стояла в этой лавине людей и смотрела на мужа. Как он развернулся ко мне, как ожесточился его взгляд, будто он боролся с собой, убивал в себе что-то.
Я не верила, но уже понимала…
— Прости, Саш.
Антон оторвал от себя упирающегося, плачущего Тимура, и с силой пихнул мне. Я сделала пару шагов назад, едва не упав.
А он сел в машину, хлопнув дверью, отвернулся от меня... И уехал.
Думаю, в тот момент умерла не только моя любовь к нему. Умерла и моя вера в мужчин.
Глава 4
Глава 4
— Убирайся отсюда, — сквозь зубы процедила я.
Не думала, что спустя четыре года во мне осталось хоть что-то, кроме презрения, но ненависть всё ещё бушевала внутри.
— Я знаю, что поступил, как мудак, — жёстко произнёс Антон, не глядя на меня. — И всю жизнь буду себя за это ненавидеть, но…
— Пошёл. Вон, — с расстановкой произнесла я.
Он стиснул зубы, пальцы сжались в кулак.
— Саш, четыре года прошло, — его голос прозвучал низко, хрипло. — Нельзя всю жизнь за ненависть держаться.
— Кто сказал?
— Для здоровья вредно.
— Ты серьёзно сейчас? Ты о моём здоровье вдруг забеспокоился? — я надвигалась на него, выталкивая со своей территории. — Оно ведь не волновало тебя, когда ты нас под каток швырнул.
— Я должен был… — по привычке начал он, но вдруг заткнулся.
— Что? Шлюху свою спасать?
Я прекрасно знала, чем закончилась их история, и, признаться, некоторое время злорадство меня не покидало. А потом мне стало плевать.
Пока он не явился на мой порог со своими грёбаными цветами.
— Дай мне увидеть Тимура, — хмуро произнёс он, взглянув на меня исподлобья.
— С какой стати? Ты кто такой?
— Я был ему отцом…
— Заткнись! — не выдержала я. — Заткнись и убирайся. Он не твой, помнишь? Это ты сказал.
О да, он помнил. До сих пор помнил те свои слова. Я видела это по тому, как дёрнулся кадык, как он сглотнул, опустив взгляд. Пальцы сжались сильнее, побелев.
Что это? Неужели тоже себя ненавидит? Хоть что-то у нас общее осталось.
А мне захотелось размазать его. За предательство, за эту смертельную рану.
— Но ведь и второй тоже не твой, не так ли?
Он вскинул взгляд, на миг там мелькнула такая тоска, от которой я испытала болезненное удовольствие.
Плевать, что кто-то скажет, будто я должна быть выше этого. Пусть это низменно, радоваться его боли. Хоть какая-то компенсация.
— Мы выжили, — с нажимом произнёс он. — Все мы. Прошли через мясорубку и выжили. Не отравляй свою жизнь ненавистью. Мы можем попробовать. Снова.
— Это ты прошёл через мясорубку? — задохнулась я, вспомнив, как легко он отделался. — Ты?!
Я ткнула его пальцем в грудь.
— Ты будешь говорить мне, через что мы прошли? Будешь говорить мне, что я должна чувствовать?
Он перехватил мою руку, отбросил букет на капот машины и притянул к себе.
— Пусти! — рванулась я, но он был сильнее.
— Сашка, прости меня, — горячо произнёс он. — Прости, девочка. Говори, что хочешь, ори, кусайся, ненавидь меня. Я всё выдержу.
Он сдавил меня в объятиях, но всё, что я испытывала, — лютую ненависть. Злые слёзы текли по щекам, а я даже заорать не могла, думая о сыне.
Он ведь прибежит меня спасать, столкнётся лицом к лицу с этим чудовищем. Он и так едва пережил его предательство. Ненавидит его похлеще меня.
Запах Антона, аромат его парфюма, от которого я отвыкла, молотком ударил по голове. Когда-то любимый, сейчас от него тошнило.
Его сбивчивый шёпот, которым он пытался достучаться до меня, бесил ещё больше.
Он оставлял на моих щеках короткие, жалящие поцелуи. А я брыкалась и пиналась, всем сердцем ненавидя его.
— Что здесь происходит? — раздалось от ворот.
Я воспользовалась заминкой Антона, и выбралась из его рук. Толкнула, что есть силы, отвесила хлёсткую пощёчину.
— Ещё раз тронешь меня…
Я не успела договорить. Он потёр щёку.
— Что? Полицию вызовешь?
Перевёл взгляд на Игоря, шагнувшего к нему.
— Ты какого хрена сюда припёрся? — угрожающе спросил тот. — Тебя звали?
— Тебя спросить забыл. Мы тут сами разберёмся.
— Вижу я, как ты разобрался. Саш, иди, мы поговорим.
Я хотела возразить, но он так взглянул на меня, что я решила не спорить.
Игорь вообще-то был довольно мягким человеком, жену обожал, детей. Сразу ясно и чётко встал на мою сторону, полностью разорвав отношения с Антоном, своим лучшим другом.
Но я знала, что вся эта его мягкость, она до поры до времени. Что, если понадобится, он за свою семью горой встанет.
Он был одним из немногих мужчин, в которых я не разочаровалась.
Игорь дождался, пока я скроюсь за воротами, пройдя под настойчивым взглядом Антона, и только тогда заговорил. Негромко, я почти не слышала, что именно, но так, что мурашки побежали по коже.
— Саш? — позвала Надя, обеспокоенно взглянув на меня. — Ну, что?
Дети продолжали веселиться, толком не заметив никаких изменений, только Тимур сидел в одиночестве на качелях. Смотрел на кусок торта, даже не притронувшись к нему.
Он страшно переживал поступок Антона. Тот был для него не просто «отцом», он был для него папой. Любимым, надёжным, тем, в ком он не сомневался.
Это разбило ему сердце. Бессонные ночи, психологи, страхи и фобии, от которых он мучился ночами. Мы с тех пор ни разу не выезжали на море.
И рядом больше не было этой надёжной стены, которая помогла бы ему всё это пережить.
Она не просто рухнула, она оставила нас вдвоём под завалами.
Я мотнула головой, не желая говорить об Антоне. Надя подошла и обняла меня.
— Не плачь, ладно? Он того не стоит. Сейчас Игорь с ним разберётся, и мы продолжим, как будто ничего и не случилось.
Она включила заботливую мамочку и отвела подальше, чтобы не слышать глухой ругани за воротами.
Вскоре вернулся Игорь. Я заметила, как он потирает кулаки и поправляет футболку. Сцепились всё-таки.
— Он уехал? — спросила я.
— Уехал, — хмуро отозвался он. — Оставил там кое-что для Тимура.
— Что?
— Телескоп.
Я моргнула удивлённо.
— Большой?
— Ну… А что?
— Думаю, дотащу ли одна до мусорки.
— Я тебе помогу, — хмыкнул Игорь, приобняв меня. — Пойдём, попробуем этот космический торт. Если ещё остался.
А я подумала, что мне невероятно повезло с друзьями. Был бы у меня такой мужчина, как Игорь, четыре года назад то испытание далось бы нам легче.
Засыпая в тот день, я вновь и вновь прокручивала в голове возвращение Антона. Что ему вдруг понадобилось? Почему сейчас?
А ещё думала о том, что, возможно, не стоит ставить крест на всей мужской половине человечества.
Если есть Игорь, есть и другие хорошие мужчины. Как тот, что четыре года назад помог нам выжить.
Жаль, я так и не успела его поблагодарить. И больше не видела.
Александра, 32 года. В разводе, в дальнейшем узнаем, кто настоящий отец её сына, и почему они не вместе.
Антон, 35 лет. Бывший муж Саши. За плечами два брака, оба неудачных. В настоящее время свободен.
Пока что незнакомый мужчина, сыгравший важную роль в жизни Саши и Тимура. О нём мы немного узнаем в следующей главе.
Глава 5
Глава 5
Я провожала взглядом машину, не позволяя себе разрыдаться. Предательство Антона, его поступок, были за гранью осмысления.
Как будто какой-то монстр заменил моего мужа, вырвавшись у него из груди.
— Мам, куда папа уехал?
Я опустила взгляд на Тимура и заставила себя встряхнуться, выйти из оцепенения. У меня ребёнок на руках, нам нужно спасаться.