- Дома. Точнее, был дома, когда я уезжала утром.

- Нам нужно действовать быстро. Есть риск, что он попытается скрыться, - Крылов кивнул Семёну Борисовичу, и тот начал набирать номер на телефоне.

Я достала свой телефон, чтобы позвонить Ксении - моей лучшей подруге, которая всё это время была моим якорем. Но сначала мне нужно было поговорить с отцом.

- Папа, можно тебя на минуту?

Мы вышли в приёмную. Я обняла его, чувствуя, как напряжение последних недель, словно тяжёлый груз, начинает отпускать.

- Спасибо, что поверил в меня, - прошептала я, уткнувшись в его плечо.

- Ты моя дочь, - он мягко погладил меня по голове. - И ты оказалась сильнее, чем я думал. Прости, что допустил эту змею в нашу семью.

- Не вини себя, папа. Михаил обманул всех нас.

Вернувшись в кабинет, я набрала Ксению. Она ответила после первого же гудка, её голос дрожал от волнения:

- Марго! Как ты, куда пропала? Что происходит?

- Ксюш, я в офисе, у отца. Передала документы, сейчас начнётся официальное расследование. Всё почти закончено.

- Слава богу! - выдохнула она. - Ты где будешь? Может, приедешь ко мне?

Я задумалась. Возвращаться домой, где всё напоминало о предательстве Михаила, было невыносимо. Но в голове уже зрел другой план - рискованный, но необходимый.

- Ксюш, я поеду на квартиру Елены.

- Что?! - её голос сорвался на крик. - Марго, ты с ума сошла? Зачем тебе туда?

- У меня предчувствие, что Михаил тоже туда поедет. Он звонил Илье ночью, спрашивал про Лену. Если узнает, что документов нет…

- Марго, это опасно! - Ксения почти кричала. - Он же может… Нет, я не пущу тебя туда одну!

- Ксюш, всё будет хорошо. Просто… если я не позвоню через два часа, скажи отцу, где я.

- Марго, пожалуйста, не делай этого! - её голос дрожал от слёз.

Я сбросила вызов, чувствуя, как внутри всё сжимается. Возможно, это было глупо, но я должна была встретиться с Михаилом. Посмотреть ему в глаза. Сказать всё, что накипело. Закончить эту игру лицом к лицу.

Как я узнала позже, Ксения не стала ждать двух часов. Она буквально через полчаса позвонила моему отцу и рассказала о моём плане. Это и спасло мне жизнь.

В такси я набрала сообщение Илье, который, как оказалось, тоже был в офисе отца, помогая следователю разбираться в деталях:

«Документы у отца. Началось официальное расследование.»

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Я знаю. Где ты?»

Я не ответила. Пусть Михаил получит то, что заслужил. А Илья… с ним разберутся следователи.

Квартира Елены встретила меня знакомой затхлостью и запахом старого табака. Я прошла в гостиную, села на потрёпанный диван, сжимая в сумке перцовый баллончик - мой единственный козырь. Ждать пришлось недолго.

Через полчаса входная дверь хлопнула так, что стёкла задрожали. Михаил ворвался в квартиру, словно ураган, его лицо пылало гневом. Увидев меня, он замер, будто наткнулся на стену. Его глаза расширились от шока.

- Ты?! - его голос дрожал от ярости. - Что ты здесь делаешь?

- Жду тебя, - я встала, стараясь говорить спокойно, хотя сердце билось так, что казалось, выскочит из груди. - Знала, что ты придёшь за документами.

Он метнулся к нише в стене, где хранились его драгоценные папки, распахнул дверцу. Пусто. Его лицо побагровело, вены на шее вздулись.

- Где документы? ГДЕ?! - заорал он, сжимая кулаки.

- У следователя, - я подняла подбородок, стараясь не выдать страха. - Вместе с ноутбуком и всеми доказательствами твоих махинаций.

Михаил медленно повернулся ко мне. Его глаза горели такой ненавистью, что я невольно отступила назад.

- Ты… сука, - прошипел он, делая шаг ко мне. - Ты всё испортила! Всё, что я строил годами!

- Я? - я рассмеялась, и мой смех прозвучал истерично даже для меня самой. - Это ты три года врал мне, Михаил! Использовал меня, моего отца, нашу семью! Строил свои грязные планы с любовницей, пока я, дура, верила в твою любовь, мечтала о детях!

- Заткнись! - он шагнул ближе, его лицо исказилось от ярости. - Ты ничего не понимаешь! Я создавал империю! А твой папаша просто использовал меня, как пешку!

- Империю? - я выпрямилась, чувствуя, как во мне закипает гнев. - На украденных деньгах? На лжи? Ты жалок, Михаил. Мелкий воришка, возомнивший себя королём. Ты думал, я никогда не узнаю? Что я буду вечно твоей послушной женой, рисующей зайчиков и закрывающей глаза на твои измены?

- Ты была удобной, - он почти выплюнул эти слова. - Наивная, глупая Марго, которая верит в сказки. Я мог бы добиться всего без тебя, но ты… ты была моим пропуском в эту семью!

Его слова резанули, как нож, но я не дала себе отступить.

- Пропуск? - я шагнула к нему, сжимая кулаки. - Ты использовал меня, чтобы подобраться к отцу, к его компании. Ты и Елена… вы смеялись за моей спиной, да? Планировали, как обчистите нас и сбежите?

- Елена была ошибкой, - он стиснул зубы. - Но ты… ты оказалась хуже. Предательница!

- Предательница? - я почти кричала. - Это ты предал меня! Ты спал с ней, пока я ждала тебя дома! Ты обкрадывал моего отца, который тебе доверял и считал сыном!

Михаил вдруг замолчал, его взгляд стал пугающе холодным. Он сделал ещё шаг ко мне, и я почувствовала, как воздух между нами сгустился.

- Я должен был избавиться от тебя раньше, - прошипел он, его голос стал низким, угрожающим. - Но я жалел тебя. Думал, ты безобидная дурочка.

Он бросился ко мне, схватив за горло. Его пальцы сжались, перекрывая воздух. Я попыталась достать баллончик, но он был сильнее. Моя сумка упала на пол, руки били по его запястьям, но хватка только усиливалась. Перед глазами поплыли чёрные круги.

- Ты всё испортила, - шипел он, его лицо было так близко, что я видела безумный блеск в его глазах. - Всё!

Я хрипела, пытаясь вырваться. Мир вокруг сужался, звуки становились глуше. И вдруг - грохот. Входная дверь распахнулась, и в квартиру ворвались люди в форме.

- Полиция! Руки вверх!

Михаил отпустил меня, и я рухнула на колени, жадно хватая воздух. Кто-то подхватил меня под руки, помог сесть. Я подняла глаза - надо мной склонился следователь Крылов, его лицо было напряжённым, но спокойным.

- Вы в порядке? Врача! - скомандовал он.

Я кивнула, массируя горло. Михаила уже заламывали руки, надевая наручники. Он кричал, брызгая слюной:

- Это подстава! Она всё спланировала! Эта сука подставила меня!

Его взгляд встретился с моим, полный ненависти.

- Это ещё не конец, Марго! Ты пожалеешь!

Я не ответила. Силы покидали меня, но внутри росло странное чувство облегчения.

Крылов помог мне встать.

- Вы очень рисковали, Маргарита. Ваш отец поднял тревогу, сказал, где вы. Ксения позвонила ему почти сразу, как только вы сказали ей о вашем плане. Хорошо, что мы успели.

Я посмотрела в сторону двери. Там стоял отец, его лицо было бледным. Рядом с ним - Илья, который, как оказалось, всё это время был в офисе, помогая следователю разбирать улики. Илья выглядел виноватым, его взгляд метался между мной и Михаилом.

- Маргарита, - Илья шагнул ко мне, но я подняла руку, останавливая его.

- Не надо, Илья. Ты знал, ты ему помогал.

Он опустил голову, не находя слов.

- Я должна была это сделать, - прохрипела я, повернувшись к Крылову. - Посмотреть ему в глаза. Услышать, что скажет он.

- Понимаю, - кивнул он. - Но больше не рискуйте так. Поехали, вас осмотрит врач.

Выходя из квартиры, я обернулась. Убогая обстановка, запах табака, пожухшие фиалки на подоконнике.

Отец уже ждал меня на улице. Он обнял меня так крепко, что я почувствовала себя снова маленькой девочкой. Слёзы хлынули сами собой - впервые за все эти недели. Я плакала от облегчения, от боли, от осознания, что всё кончено.

- Всё хорошо, доченька, - шептал он, гладя меня по волосам. - Всё позади. Ты справилась.

Я кивнула, утирая слёзы. Да, я справилась. Михаил получит по заслугам. А я… я начну новую жизнь. Без лжи, без масок, без фальшивой любви. Жизнь, где я больше не буду скучной женой, рисующей зайчиков. Где я буду просто Маргаритой - сильной женщиной, которая не боится правды.

ГЛАВА 22.

ГЛАВА 22.

Следующие дни пролетели в тумане. Врач констатировал ушибы гортани и прописал покой. Отец настоял, чтобы я переехала к нему - в родительский дом, где прошло моё детство. Старые стены, пахнущие яблочным пирогом и лавандовым саше матери, обнимали меня теплом воспоминаний.

Ксения примчалась в тот же вечер с термосом куриного бульона и готовностью убить Михаила голыми руками.

- Я же говорила не ехать туда одной! - причитала она, усаживая меня на диван и укутывая пледом. - Марго, ты могла погибнуть!

- Но не погибла, - прохрипела я, благодарно принимая кружку с бульоном. - Ксюш, я должна была это сделать. Для себя.

Она вздохнула, обняла меня:

- Знаю. Ты всегда была упрямой. Но больше никакого геройства, договорились?

Следующим утром позвонил Виктор Павлович. Михаила арестовали, ему предъявили обвинения в мошенничестве в особо крупном размере, отмывании денег и покушении на убийство. Учитывая тяжесть обвинений и попытку причинить мне вред, суд отказал в залоге.

- Ему грозит до пятнадцати лет, - сказал Виктор. - С учётом всех эпизодов и покушения на вас.

Я кивнула, чувствуя странную пустоту. Три года брака закончились арестом и уголовным делом.

На третий день раздался звонок в дверь. Отец был на работе, домработница ушла за покупками. Я посмотрела в глазок и замерла. Илья.