– А узнав его имя, мгновенно определяешь человека в одну из категорий, – вставляет Кэт.

Это правда.

Так и есть.

– Только подумай, что случилось бы, если бы ты познакомилась с нами после Джейсона, Ками! Как считаешь, удалось бы нам подружиться?

От упоминания этого имени меня сразу же накрывает болью, гневом и смущением, которые я так и не проработала.

Однако я почему-то делаю то, о чем меня просят подруги.

Задумываюсь над их вопросом.

Что случилось бы, если бы мы познакомились только сейчас?

Эбби я бы записала в категорию бесячих девчонок, слишком счастливых, чтобы им можно было доверять.

Кэт попала бы в группу легкомысленных и бесхребетных, на которых и время тратить не стоит.

Черт!

Они же совсем не такие!

Теперь, когда я увидела себя их глазами, мне и правда немного грустно, грустно, что у меня могло бы не быть таких подруг, если бы они познакомились с сегодняшней версией Ками.

Представляю себе, чего еще я лишилась бы, если бы мы с Кэт и Эбби познакомились после того, как Джейсон разбил мне сердце.

И мне это не нравится.

Вспоминаются все те, кого я оттолкнула, даже не узнав получше. Вдруг я, сама того не понимая, упустила прекрасные отношения и великолепные возможности?

Я долго взвешиваю в голове всю свою жизнь, смотрю на нее с другой точки зрения, а подруги молча сидят рядом.

Наконец, я поднимаю на них глаза и киваю.

– Ладно. Вы правы.

Их лица вспыхивают от недоверчивой радости, и я понимаю, что сделала правильный выбор.

– Ты правда попробуешь?

– Я… постараюсь быть более открытой. В целом. Если бы я отшила вас, не дав пробиться через мои стены, это стало бы ужасной потерей. Это…

Я осекаюсь, пытаясь подобрать верные слова, но ничего подходящего на ум не приходит.

– Спасибо! Спасибо, девочки! – в итоге говорю я.

В глазах Кэт блестят слезы, Эбби вздыхает с облегчением, и я понимаю, что большего говорить и не нужно. Покачав головой, закатываю глаза, будто они довели меня до белого каления, чтобы не выдать настоящих эмоций.

Но девочки, хохоча, затаскивают меня на кровать и принимаются обнимать.

После я, намазав под глаза побольше консилера, провожаю их до машины, в которой они поедут обратно на север. Эбби крепко обнимает меня.

– Я горжусь тобой и всегда поддержу, – шепчет она, а я стараюсь не обращать внимания на набухший в горле комок.

– Люблю тебя, Эбс. Прости меня, пожалуйста. За декабрь…

– Брось, детка. Все хорошо. Просто… попробуй, ага?

От этого «ага» я расплываюсь в улыбке, понимая, как глубоко в нее просочился Дэмиен Мартинес.

– Ага, Эбби. Люблю тебя.

И вот они уезжают, а я снова остаюсь одна.

Обычно мне нравится быть одной и думать только о себе, но сейчас впервые за долгое время я чувствую себя… одиноко.

3 Ками

3

Ками

И снова мой любопытный нос навлек на меня неприятности. Нужно было послушать Эбби и не гуглить семью, на которую я буду работать этим летом. Она же предупреждала, что я начну додумывать лишнее и выносить суждения, еще не успев войти в кабинет.

И, конечно, была права.

Зачем только, едва проводив подруг, за час до встречи с новым начальством я набрала в поисковике «Джефферсон Кинкейд» и нажала «энтер»?

Правда, входя в помещение «Приморского клуба», я боюсь вовсе не Джефферсона, владельца множества элитных бутик-отелей и клубов, раскиданных по всей стране.

Я боюсь Мелани Кинкейд, которая вот-вот станет Мелани Сент-Джордж.

А не надо было читать таблоиды, где мою будущую клиентку называли не иначе как «адской невестой»!

В одной статье говорилось, что она «уволила уже трех свадебных распорядителей». Я понадеялась, что заметка под названием «Наследница империи отелей выходит замуж за финансового магната» меня успокоит, а в итоге прочитала там, что люди за квартал слышали, как невеста орала на организатора свадьбы.

Я вообще редко слушаю Эбби и иногда об этом жалею.

Вот и сейчас, например. Я даже размышляю, может, стоит развернуться и броситься наутек?

Кому, в самом деле, нужен стабильный доход и крыша над головой?

Однако, сбежав, я подставлю Дэмиена, а у них с Эбби все так хорошо, что прямо портить не хочется.

Поначалу работа показалась мне просто отличной – с мая по сентябрь (со Дня памяти[1] по День труда[2], когда должна состояться свадьба дочери хозяина) на полную ставку заниматься в клубе организацией мероприятий. А лучше всего было то, что в процессе я точно познакомлюсь со множеством богатых мужчин и женщин и таким образом сформирую клиентскую базу для своего будущего бизнеса.

К тому же мне оплатят проживание и питание в офигенно гламурном отеле.

Все это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Должен быть какой-то подвох, сказала я Эбби еще давно. Не просто же так за эту работу не ухватился более известный и квалифицированный специалист?

Я отчетливо помню, как говорила:

– Что-то тут не так. Нужно заделаться сыщиком и выяснить, почему никто не хочет там работать.

Тогда Эбби и взяла с меня слово, что я не стану ничего гуглить про владельцев.

А сегодня утром, после разговора по душам, напомнила о моем обещании.

Но я, идиотка, разумеется, не послушала и полезла в телефон сразу же, как только села в машину, чтобы отправиться на поиски так необходимого мне кофеина.

Большая ошибка. Огромная.

Вздохнув, бьюсь лбом об руль. Телефон жужжит, докладывая, что пришло сообщение.

ЭББИ Удачи! Люблю тебя! Не надумывай лишнего.

ЭББИ

Удачи! Люблю тебя! Не надумывай лишнего.

Откуда подруги знают, что я в панике?

КЭТ А вечером после работы не забудь закрыть счет в баре! Считай, это наша плата за то, что влезли в твою жизнь.

КЭТ

А вечером после работы не забудь закрыть счет в баре! Считай, это наша плата за то, что влезли в твою жизнь.

Иди на хрен!

Иди на хрен!

КЭТ Прямо с утра?

КЭТ

Прямо с утра?

Я не удостаиваю ее ответом, выключаю мотор и выхожу из машины. С вещами, пожалуй, разберусь позже, у меня так трясутся руки, что перетаскивать пожитки сейчас явно не лучшая идея.

Судя по распорядку, который на прошлой неделе прислала мне Джин, помощница Джефферсона Кинкейда, сразу после встречи мне покажут мое новое жилище.

Господи, у хозяина этого места даже имя богатое, сразу представляется, что носит он только «Ролекс», вино заказывает прямиком из Италии, а в машине его повсюду возит водитель.

Глубоко задумавшись, открываю входную дверь и охаю, очутившись в прохладном помещении. На дворе май, но у нас в Нью-Джерси жара наступает рано, и кондиционер очень в тему. Из-за стойки мне навстречу с улыбкой встает бледная женщина с собранными в хвост темными волосами и негустой челкой. Судя по рассказам Дэмиена и тому, что я сама накопала, «Приморский клуб» – это гигантский небоскреб с собственным пляжем, двумя бассейнами, СПА-салоном, обеденной зоной и залами для торжеств на первом этаже. Выше расположены офисы, студии и апартаменты, которые можно арендовать на лето. Сразу видно, что архитекторы и дизайнеры денег не пожалели, стены тут из мрамора, а шторы из гладкого шелка – на одну уборку, наверное, несколько тысяч в месяц уходит.

– Добрый день! Чем могу вам помочь?

– Меня зовут Камила Томпсон. У меня назначена встреча с Джефферсоном Кинкейдом.

– А, вы, наверное, новый организатор мероприятий, – женщина меняется в лице, и мне становится еще тревожнее.

Ведь в ее глазах мелькает проблеск жалости.

Вот черт!

– Да, это я. – Не зная, как реагировать, я просто расправляю плечи.

– Мы все с таким нетерпением ждем свадьбу Мелани, – неискренне говорит она, усиленно изображая радость.

Будто боится, что кто-нибудь подслушает и догадается, что она вовсе не в восторге. Стоящий рядом с ней парень негромко фыркает.

– Смотри не дай себя запугать, – кивает он мне.

Я и так нервничала, а теперь просто в ужасе.

Познакомилась всего с двумя людьми, и оба дают понять, что меня ждет… непростой опыт.

– Тише, Глен, – округлив глаза, шикает женщина и хлопает парня по руке, а затем оборачивается ко мне, нацепив на лицо сердечную улыбку. – Не слушай его. Он просто ворчун.

– Если я ворчун, то эти бабы – сам дьявол во плоти, – бормочет он, а у нее кровь отливает от лица.

Да и у меня тоже.

Когда я соглашалась на работу, меня уведомили, что самым крупным мероприятием, которым мне предстоит заниматься этим летом, будет свадьба Мелани Кинкейд и Хаксли Сент-Джорджа. Интернет-сплетники твердят, что Мелани Кинкейд – что-то вроде персонажа «Отчаянных домохозяек» и что она вознамерилась завоевать место под солнцем Калифорнии, где расположена финансовая компания Хаксли Сент-Джорджа.

А еще она дочь моего нового начальника, владельца «Приморского клуба».

Прочтя в статье, как эта светская львица расправилась с последним свадебным распорядителем, я убедила себя, что журналисты просто преувеличивают, чтобы журнал лучше продавался.