Но это не дает Кайлеру права разрушать жизнь Изы, чтобы облегчить свою собственную.

— Может, я и боялся отца, но я бы никогда не причинил боль кому-то другому, чтобы уберечь свою задницу. — Я провожу рукой по лицу, не зная, как все это воспринимать. Кайлер мучил и похитил Изу из-за того, что боялся потерять место в команде. Боялся нашего отца. — Кто тебя шантажирует?.. Это Ханна?

Он не отвечает, но его молчание говорит мне все, что мне нужно знать.

— Вы двое абсолютно одинаковые, — огрызаюсь я, качая головой. — Получаете нездоровое удовольствие, причиняя боль другим.

— Я совсем не такой, как Ханна, — рычит он, его лицо становится пунцовым. — Ты не понимаешь. Если бы меня выгнали из команды, моя жизнь была бы кончена.

Я практически перелезаю через сиденье, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Я бы выбрал другой путь. Я бы предпочел, чтобы моя жизнь была разрушена, а не чья-то еще.

Он стискивает зубы.

— Брехня. Ты никогда не был склонен к самопожертвованию.

— С Изой я такой. И если бы ты действительно ее знал… Какой она хороший человек… Как сильно ты ей нравился... — Я качаю головой, готовый закончить этот разговор. Готовый заставить его заплатить. — Все те мгновения, которые ты провел с ней — ты их не заслужил.

В машине воцаряется тишина.

— Поехали, Джулс. Я готов покончить с этим, и перейти к Ханне. — Я возвращаюсь на сиденье.

— И куда мы едем? — Он пытается казаться непоколебимым, но у него ничего не получается.

— Неважно. — Я смотрю вперед, пока Джулс выезжает с парковки.

— Если ты что-нибудь со мной сделаешь, ты пожалеешь об этом. — В его тоне звучит предупреждение.

— Раньше это на меня действовало, но не сейчас — Я оглядываюсь на него через плечо и ухмыляюсь. — Я больше не боюсь тебя.

— А что насчет Изы? — спрашивает он в панике. — Я должен встретиться с ней вечером. Как, по-твоему, она отнесется к тому, что ее бросили? Она знает, что я... — Он даже не может закончить.

— Нет, я не сказал ей, потому что знал, что это причинит ей еще большую боль, — отвечаю я, злясь. — Но, к твоему сведению, она собиралась порвать с тобой.

— Она собиралась порвать со мной? — Он, кажется, искренне расстроен, что выводит меня из себя еще больше.

— Не думаю, что она воспринимает это как расставание, — добавляю я. — Ведь вы двое на самом деле никогда не встречались. И это хорошо, потому что ты все это время играл с ней.

— Я не играл с ней! — кричит он, ударяя кулаком по спинке моего сиденья. — Она мне действительно нравилась, так что перестань, черт возьми, так говорить!

— От этого становится еще хуже. — Я оборачиваюсь. — Как ты можешь любить кого-то и делать с ним такое?

— Я должен был. — Его голос дрожит, дыхание становится резким и прерывистым.

Мне почти жаль его.

Почти.

— Неважно. — Я провожу пальцами по волосам. — Можешь говорить все, что угодно, чтобы почувствовать себя лучше, помогая Ханне пытать Изу.

Он пытается выровнять дыхание.

— Это была не просто шутка Ханны. Линн тоже была в этом замешана.

Его слова словно удар под дых, выбивающий кислород из моих легких.

— Что?

Кайлер пожимает плечами и откидывается на спинку сиденья.

— Все это затеяла Линн. На самом деле именно она явилась к нам домой с конвертом, полным доказательств того, что ты угонял машины и употреблял наркотики, а я жульничал. Когда я спросил ее, чего она хочет за молчание, она сказала, что мы будем на связи. Ханна была той, кто передавал мне сообщения и снимала на видео, как ты делаешь все это ужасное дерьмо, но я знаю, что именно Линн разработала этот план.

Я хватаюсь за край сиденья, чувствуя, что падаю в пропасть.

— Зачем она это сделала? Просто чтобы подразнить Изу?

— Сначала я так и подумал, но из-за всей этой истории с похищением... — Он делает неровный вдох. — Она пыталась завладеть флешкой… Хотела что-то записать на нее.

— Как она вообще узнала о флешке? — выдыхаю я.

Глаза Кайлера наполняются чувством вины.

— Я узнал об этом. — Он напряженно массирует затылок. — Мой друг Уэс знает парня, который работает с твоим знакомым — Большим Дагом. И однажды вечером мы выпивали с Уэсом, и он упомянул, что помогал Большому Дагу собрать кое-какую информацию для младшей сестры Ханны. Ханна рассказала об этом своей маме. Она попросила меня поискать флешку в машине бабушки Изы и в ее квартире, но когда я не смог ее найти, она придумала весь этот план с похищением и выкупом… Хотя не знаю, зачем она ей так сильно понадобилась.

Я моргаю, думая, не ослышался ли я.

— У тебя есть друг, который дружит с Большим Дагом?

Он кивает, вытирая влажный лоб тыльной стороной ладони. –

Его семья иногда ведет с ним дела.

Я не знаю, кто этот парень, но в данный момент мне на это наплевать. Все, что меня волнует, — это зачем Линн понадобилась флешка. И зачем столько хлопот ради нее? Я думаю о том, какая информация содержалась в ней, и у меня внутри все сжимается. Может быть, Линн просто хотела узнать, как продвигается дело. Или, может быть, она хотела знать, является ли она подозреваемой, каковой она и является.

Я достаю из кармана телефон и набираю номер Изы. Когда меня переключают на голосовую почту, я теряю самообладание.

— Иза, когда ты получишь это сообщение, перезвони мне как можно скорее. Именно Линн стояла за твоим похищением. — Я вешаю трубку и поворачиваюсь к Джулс. — Планы изменились. Прямо сейчас мы едем к Изе домой.

Глава 20

Глава 20

Иза

— Итак, между вами с Каем прямо-таки искры летят, — дразнит меня Индиго, по дороге к моему дому.

— Ты права. — Я вздыхаю. — Не знаю, что со мной происходит. Обычно я довольно стеснительна, но сейчас у меня такое чувство, что каждый раз я теряю самообладание рядом с ним.

— Это называется влюбленностью. — Она улыбается мне, словно персонаж из мультфильма, который вот-вот запоет песню.

Мой рот приоткрывается, чтобы сказать ей, что еще не уверена, влюблена ли я, но слова так и не слетают с моих губ.

— Так и знала, — гордая собой улыбается она. Затем опускает козырек, чтобы проверить макияж. — О да, я забыла спросить. Как прошло твое первое расставание?

— Никак, — отвечаю я. — Я собираюсь сделать это вечером. Но у меня такое чувство, что Кайлер не слишком расстроится.

Она бросает на меня косой взгляд.

— Как ты себе это представляешь?

— Я почти уверена, что он был с Ханной, когда мы в последний раз разговаривали по телефону.

— Маленький говнюк. Он мне сразу не понравился. Так и знала... — Ее прерывает телефонный звонок.

— Это отец, — морщится она, прежде чем поднести трубку к уху. — Чего ты хочешь?

Оставшаяся часть поездки становится довольно неловкой, поскольку она спорит с отцом о том, что из-за реабилитации мамы ему приходится оплачивать лечение. Слушая этот разговор, я понимаю, что не у меня одной дерьмовый отец.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я зашла с тобой внутрь? — Шепчет Индиго, когда я подъезжаю к дому, в котором выросла.

— Со мной все будет в порядке. Это займет пару минут. — Я открываю дверь, чтобы выйти. — Закончи разговор со своим отцом.

— Спасибо. Но если тебе понадобится помощь, чтобы вынести вещи, просто позови.

Я киваю, затем вылезаю из машины и иду по подъездной дорожке, отмечая, что гараж открыт и пуст.

Кажется, он сказал правду. Они действительно уехали.

Я расслабляюсь от осознания этого и взбегаю по лестнице к черному входу. Вхожу внутрь и мое сердце замирает, когда всплывают старые воспоминания.

Здесь произошло так много плохого.

Я обхожу дом. Все комнаты пусты, кроме одной — моей. Вещи вывезли, за исключением каркаса кровати и матраса.

По-моему, это странно. Они оставили кровать, чтобы я ее забрала? И где, черт возьми, мои коробки?

Затем я замечаю веревки, привязанные к столбикам изголовья кровати, как будто там недавно кого-то привязывали. Мое замешательство перерастает в настоящий ужас, и каждая частичка меня кричит: «Беги!» Я начинаю оглядываться вокруг себя, когда кто-то тяжелым предметом ударяет меня по голове.

Звезды повсюду. Яркий свет. В ушах у меня звенит, когда я падаю на пол. Темнота накрывает меня.

***

Я распахиваю глаза и осматриваю пустую спальню. Я почти ожидаю увидеть кого-то, прячущегося в тени, но ничего необычного не наблюдаю. Хотя с тех пор, как я отключилась, кое-что всё-таки изменилось: шторы задернуты, свет выключен, снизу слышится музыка. К тому же, клянусь, я чувствую едва уловимый запах... бензина?

— Какого черта здесь происходит? — Я протягиваю руку, чтобы дотронуться до раскалывающейся головы, и в этот момент чувствую, как грубые веревки врезаются в мои запястья и лодыжки. Меня охватывает паника, и я начинаю дергать руками и ногами.

— Нет. Нет. Нет. Нет! — Слезы текут из моих глаз, когда веревки натирают мне кожу до крови, отказываясь ослабевать.

— Пробуй сколько хочешь, ничего не выйдет.

Моя голова резко поворачивается к выходу из комнаты. Линн стоит, прислонившись к дверному косяку, в персиковом платье и кожаных перчатках. Ее макияж и прическа идеальны, но вымученная улыбка на лице выглядит какой-то неправильной, перекошенной.

Дьявол.

Я думаю об анонимных звонках, листовках, похищении. Кай считал, что за всем этим стоит какой-то мужчина. Должно быть, он ошибся. Это была Линн. Но почему? И что она собирается со мной сделать?