Переворачиваю страницу и чуть не мурлычу, когда пальцы Чудовища мне в волосы вплетаются и начинают водить по коже головы. Кайф какой… А можно всегда так? Я буду только за.

В книге начинается эротическая сцена, и я не замечаю, как начинаю тяжелее дышать. Я всегда очень ярко реагирую на такие сцены, слишком бурная фантазия, и читаю медленно, вдумчиво… Даже бедра сжимаются непроизвольно.

– Вслух читай, – внезапно раздается над головой, и я застываю. Что? Он что, убрал телефон и подглядывает в мою книгу? Я не буду это вслух читать! Я стесняюсь, боже, это очень неловко.

– З-зачем? – заикаюсь от внезапно накатившего волнения.

– Я аудиокниги на ночь слушать привык. Но тебя слушать приятнее. Читай вслух, рыжая. Давай. – Я слышу, как он ухмыляется, и от этого краснею еще сильнее. Как это вообще? Всякое было между нами, но это… – Рыжая. Читай. Вслух.

О господи… И зачем я только соглашаюсь на это?

Перевожу дыхание и продолжаю читать, только уже так, как просил Леша. Стараюсь не думать о происходящем, просто читаю, иначе сгорю со стыда.

– «Не хочу слушать», – читаю написанное. – «Наклоняюсь и целую, не нужны мне слова. Я все услышала, все почувствовала. Все остальное будет лишним. Я… Я просто опускаю бедра, и мы оба замираем, переводя дыхание. Пару раз мы были на грани. Чуть не потеряли голову, могли переспать по глупости, но сдержались. И именно сейчас я понимаю, что это было лучшим решением. Потому что ощутить его первый раз, глядя в глаза, наполненные любовью, – это лучшее, что я испытывала за всю свою жизнь».

– Какая жизненная книга, – хмыкает Леша, переводя руку с головы мне на шею. Он начинает поглаживать пальцами кожу от подбородка до ключиц, и я теряю связь с реальностью. – Читай дальше.

– Ох боже… «Мышцы отказываются двигаться, сил хватает только на неистовые поцелуи, через которые я пытаюсь передать всю любовь, которую копила в себе уже очень долго. Руки Димы…»

– На Лешу меняй, – звучит над головой, и вторая рука тянется к моему животу.

– «Руки Леши сжимаются на моих бедрах», – продолжаю я читать. Дыхание сбивается, сердце вылетает, а Леша трогает только откровеннее. – «Он приподнимает меня, опускает обратно, и я задыхаюсь, теряя связь с реальностью. Мы двигаемся неспешно, но этого хватает, чтобы сойти с ума. Мир перед глазами плывет, тихие стоны неконтролируемо срываются с губ, капелька пота стекает по спине, а под веками мелькают искры. Мне так хорошо, как еще никогда не было. От эйфории и счастья охота кричать, и я кричу, стоит Диме… то есть стоит Леше сомкнуть губы на моей груди и начать двигаться чуть быстрее».

Закрываю глаза, переводя дыхание. Вот нужно мне было именно на этом моменте читать книгу перед ним… Все как специально. Я горю и краснею, а еще плавлюсь от жадных прикосновений. Леша чуть сжимает шею и гладит низ живота, пробираясь пальцами под резинку пижамных шорт. Это похоже на сумасшествие. Это, кажется, оно и есть. Слишком интимно! Слишком остро! Мне сложно выдержать и не сломаться.

– Да-ша, – говорит он по слогам, снова с усмешкой. Смеется надо мной, засранец. Ему хоть бы что, а я тут со стыда сгораю, вообще-то!

В сотый раз перевожу дыхание, словно это помогает набраться храбрости, и читаю дальше. Вслух, конечно, как он и просил.

– «Запах секса кружит голову, голос хрипит и срывается на ультразвук. В комнате точно кто-то устроил поджог, потому что жарко неистово, дышать невозможно». А-ах… – выдыхаю я со стоном, когда пальцы Леши проникают в трусики. Он шепчет, чтобы я не прерывалась, и другой рукой накрывает грудь. Боже… – «Ди… Леша касается жадно, метит поцелуями как раскаленными углями, шепчет какой-то неразборчивый бред и толкается все чаще и чаще, подводя себя к разрядке. Дрожь проходит по всему телу, он прикусывает мою губу и жмурится, кончая, а я не успеваю расслабиться и выдохнуть, как он вдруг бросает меня спиной на диван, нависая сверху». Леша! – Я закрываю книгу и дрожу в оргазме, так резко накрывшем меня с головой. Перед глазами вспышки, а на ухо неразборчивый шепот. Кажется, он говорит, какая я умница. А умница в шоке! Я никогда даже представить не могла, что такое может быть. А в итоге… Лежу, абсолютно вымотанная, и наслаждаюсь поцелуями в шею. Да, мы определенно еще не закончили.

Глава 42

Глава 42

Леша

С ней каждое утро лучшее. Чувствую себя сопливым романтиком, когда так думаю, но иначе не выходит совсем. Я довольно долгое время запрещал себе чувствовать хоть что-то теплое к девушкам, поэтому сейчас, когда мое сердце дорвалось до любви, оно буквально искрит счастьем.

Мне постоянно хочется говорить Даше, что я к ней чувствую, и уже даже самому за такие сопли неловко. А рыжая смущается. Каждый раз краснеет, когда признаюсь ей. Вот я как первый раз сказать смог – так все, не получается остановиться.

А Дашка молчит.

Но пусть молчит. Я по глазам ее зеленым бесстыжим все вижу. И по мурашкам. И по тому, как жмется ко мне во сне или когда мультики ее любимые смотрим. Мне в целом вообще подтверждение ее чувств словами не особо нужно. Нет, приятно было бы, конечно, но… Всего хватает. Одного только ее взгляда на меня, когда я прихожу к ней, достаточно, чтобы понять, что у нас все взаимно. А слова – просто слова. Кто-то говорит, как я, заткнуться не может, а кому-то сложнее. Каждый любит по-разному. Прикосновениями и улыбкой. Красными щеками и огромными мурашками. Желанием заботиться и не спать, чтобы дождаться сообщения. Дашка так любит. И мне достаточно для счастья.

Она снова проснулась раньше меня и уже как пчелка по кухне летает. Не зря рыжая. И не лень ей? Она-то поспать любит, это я давно заметил. Но очень часто встает пораньше и то сырники мне, то блинчики, то еще что-то вручает, а я еще сильнее в нее влюбляюсь. Невозможная девчонка какая-то. Ломает меня и даже не кается.

Захожу на кухню, потягиваясь, натыкаюсь взглядом на аппетитный вид. И я не про кайфовый завтрак на столе. Я про Дашу, которая в открытое окно вылезла и стоит, оттопырив задницу. Вот это доброе утро.

Подхожу тихо, чтобы не слышала, и легонько шлепаю. Хватаю ее за руку сразу, чтобы она от неожиданности в окно не выпала, а то Даша может. Вряд ли я успею спуститься с седьмого быстрее ее, чтобы поймать.

– Это что за наглость, Алексей! – разворачивается ко мне Рапунцель, складывая руки на груди. Смешная такая, когда делает вид, что обижается.

– Это ритуал, ты слишком удобно стояла, – Я улыбаюсь и подхожу к ней близко-близко, наклоняюсь и целую нежно. – Доброе утро.

– Привет, – тает Даша и растягивает губы в улыбке, чуть смущаясь. Она очень мило делает это. Каждый раз любуюсь. – Леш, а ко мне папа приедет через час. А потом еще Саня. Не обидишься, если попрошу меня одну с ними оставить? А вечером к тебе прибегу.

– Обижусь, конечно. – Я киваю, даже не стараясь делать серьезное лицо. Все равно не поверит. – Куплю себе ведро мороженого и буду есть его, смотреть мелодрамы и плакать. Как тебе идея?

– Отличная, если ты это отложишь до моего прихода, потому что я тоже хочу плакать под мелодрамы с мороженым, – хихикает Дашка. – Садись завтракать.

– Я вот так привыкну, а тебе потом всю жизнь бороться с этим, понимаешь? – говорю я, съедая первый оладушек с вареньем. Господи, ну что ж так вкусно-то… Невыносимо. Я точно привыкну. Да я уже привык!

– Я справлюсь. – Она подмигивает, и я в сотый раз понимаю, что эти слова равны пресловутому признанию в любви. То же самое, только немного иначе.

Через час я уже стою на пороге и не могу заставить себя оторваться от Даши. Целую и целую, как ненормальный, целую и целую… Надо забирать ее к себе с вещами, миллионом баночек, что в ванной стоят у нее, и всем остальным, что ей там нужно. Мы и так уже практически вместе живем, но хочется, чтобы уже точно и по-настоящему. Чтобы не бегать по разным квартирам, а всегда в одной жить. Просыпаться вместе, зная, что никому уходить никуда не нужно.

– Приду к тебе сама вечером, – говорит еще раз Дашка, целуя меня в подбородок, и я ухожу с чувством полнейшего удовлетворения.

А у подъезда встречаю отца Даши. Он выглядит слишком счастливым, я таким его еще ни разу не видел. Думаю, причина в моей маме. Надеюсь, она так же счастлива. Хорошая пара, кстати. Оба пострадали в прошлых отношениях, пусть и каждый по-разному. Одного возраста, дети взрослые, так еще и одноклассники, знакомы всю жизнь, не придется, как подросткам, друг о друге все рассказывать. Классно же, когда взрослые люди могут найти свое счастье, раз до этого по какой-то причине не вышло. Я рад за них. Искренне.

– Алексей, – тянет мне руку Юрий Николаевич, но смотрит с прищуром, чуть строго. Понимает же, откуда я утром иду. Ясное дело, ему не нравится, что у его дочери появился еще какой-то мужик, кроме него. Это нормальное поведение всех отцов, они все ревнуют первое время, он привыкнет. До свадьбы точно. Я вот тоже Полину уже ко всем подряд ревную. Она мне тут по телефону про друга своего рассказывала с рисования, у меня аж челюсти скрипели. Киваю Юрию Николаевичу и пожимаю руку в ответ. У меня никаких претензий, и недовольства во мне никакого. Я вообще наверняка выгляжу чересчур радостным. Даже слишком. – Как рука?

– До свадьбы заживет. – Я усмехаюсь, замечая, как сходит улыбка с лица отца Даши. Кажется, я ляпнул лишнего. Надо спасать ситуацию, а то на седьмом этаже начнется вынос мозга Дашке. – Нормально, швы снимут завтра, хорошо срастается.