– Все-все расскажу, – нежничает она снова, и я ловлю каждое касание, стараясь не улыбаться, как полный идиот. Потому что все мое! До этого все касания воровал, а тут сама раздает, щедро делится, затапливая мою душу и сердце медом.
– Целоваться хочу, – шепчу ей на ушко и впиваюсь в него. Хочу безумно, правда. Но и опасения ее понимаю, она, как девушка, не хочет выглядеть при всех некрасиво. Что-то мне подсказывает, что ее размазанной помаде будем рады только я и мама моя, но точно не семейство Юрских. Влад-то явно на нее еще виды имеет… Это Лена приехала с ректором познакомиться, а он ее не для этого сюда притащил. Не знал просто, что прямо в мои руки везет сокровище. – Сильно-сильно хочу, Лен.
– Саш… – стонет она, когда впиваюсь поцелуем в ее ушко, спускаюсь к шее. Там нет макияжа, там можно. Еще и стоны сладкие мне дарит в награду, вообще отвал башки.
– Ты такая красивая, Лена, – шепчу между поцелуями. Лена дышит тяжело, откидывает голову, открывая мне шею для поцелуев, подается навстречу, обнимает за голову, прижимая к себе ближе. Позволяет, и я дохну от этого! Что я говорил об этом вечере? Лучший же, лучший вечер!
Руки распускаю, не могу держать их при себе, они наглые и меня не слушаются. Поэтому гладят по спине, ребрам, талии, спускаются на бедра, прижимают ближе, сжимают, касаются… Лена снова стонет тихонько, прямо в губы. Но внизу не слышно, слишком далеко, не надо прятаться.
– Сдох просто, когда тебя увидел, веришь? – ныряю губами в вырез на груди, хочу присвоить себе каждый миллиметр поцелуями, чтобы там, внизу, каждый, кто захочет на нее посмотреть, понимал, что она моя. Да, вот так все еще дико ревностно, но не могу иначе! Не получается! Вот такой дурак я, но только с ней дурак, крышу срывает… – Давай уедем? Сбежим отсюда, давай?
– Давай, – соглашается шепотом, зарываясь пальцами в мои кудряшки.
А я не могу теперь оторваться, целую как сумасшедший, трогаю, кусаю, сжимаю. Лена хнычет, приятно ей, касается изредка губами моего лица, окончательно срывая крышу.
Черт… Она убьет меня, но я не контролирую себя совершенно.
Руки лезут под платье, оно достаточно свободное для того, чтобы легко получить доступ к бедрам.
Веду пальцами по тонкому капрону, натыкаюсь на кружевную резинку чулок и чуть не вою от сумасшествия. Господи, она крышу срывает, даже не задумываясь!
Пальцы выше, руки наглее, поцелуи сильнее, а дыхание двоих тяжелее с каждой секундой. Она все еще не дает целовать в губы, но подставляет все остальные части тела. Сдвигает лямки платья сама, открывая доступ к плечам и груди, черт…
Касаюсь пальцами ткани трусиков, Лена вздрагивает, но не отстраняется, только замирает на пару секунд.
– Не слышно там, обещаю. Звукоизоляция очень хорошая, – успокаиваю ее, и это работает! Расслабляется, отдаваясь моим рукам, и я беру все, что мне хочется…
Хотя, конечно, хочется большего! Но не вариант сейчас, совсем не то место и время. Увезу ее домой потом… Уложу на свою кровать и буду наслаждаться до тех пор, пока мы не отрубимся в руках друг друга.
– Я такая бессовестная, – шепчет она, тихонько вскрикнув, когда я отодвигаю ткань трусиков и касаюсь пальцами обнаженной плоти. – Что ты делаешь со мной?
– Люблю! – признаюсь, врываясь пальцами внутрь.
И границы срываются. Не существует их больше, их просто нет. И кажется, что были они какими-то ненастоящими, раз так просто рухнули.
Лена впивается пальцами в мои плечи, теряет контроль над эмоциями, сама поднимает голову и целует! Но теперь контроль в моих руках, я стараюсь отвечать на поцелуй аккуратно, потому что знаю, что, когда придет в себя, будет волноваться о растрепанном виде.
Двигаю пальцами внутри, кайфуя от ее отзывчивости, умирая от сладости стонов… Опускаю платье пониже, оголяю грудь, отрываюсь от губ и перехожу к соскам, кусаю, втягиваю, облизываю, ни на секунду не переставая двигать пальцами.
Хочу, чтобы улетела со мной! Чтобы перестала волноваться и расслабилась на максимум! Моя… С первого взгляда моя, я и подумать не мог, что вот так кто-то в сердце засядет.
– Са-а-аша… – стонет прерывисто, волосы тянет до легкой боли, двигается навстречу пальцам, замирает на пару секунд, и… – Да!
Да!
Черт… Хочу ее до искр из глаз, самого трясет всего от ее оргазма. Настолько чувствую ее, что реально опустошило.
Зацеловываю ее лицо, пока она приходит в себя и обнимает меня за плечи. Поправляю трусики, платье, аккуратно, чтобы не сделать хуже, прическу. А макияж как и не трогали!
– Боже… – выдыхает она через минуту. – Я выгляжу, как будто упала с балкона, да?
– Ты выглядишь великолепно, – уверяю ее и целую в бровь, чтобы успокоить. – Красивая, Лен, всегда. Вся в меду, в снегу, в костюме коровы и даже без зуба. А сейчас тем более.
– Без зуба я была ужасна, – снова хихикает, пряча лицо у меня в шее. – Я зеркало стороной обходила всю неделю!
– Нам надо вернуться, – убиваю я все веселье, но нам правда надо. Точнее, в любом случае надо, просто потому что даже выход к дверям идет через гостиную. Никак не обойти их.
– Черт…
– Ты отлично выглядишь! Правда. Что такого? Ты моя девушка, в доме моей мамы можешь выглядеть, как тебе захочется. Натяну на тебя сейчас свою футболку, и выйдешь в ней, пусть хоть слово посмеют сказать.
– Твоя мама…
– Будет только рада видеть, что у нас все хорошо. Прости ее, она классная вообще, просто тут с ума сошла немного.
– Я заслужила, – хмурится она, и мне приходится схватить ее лицо за щеки, чтобы посмотреть в глаза и сказать в губы:
– Никогда не будет такого, чтобы ты могла заслужить чего-то плохого. Вышло недоразумение. Разрулили, все. Я вообще думал, что оргазм тебя немного расслабит. Нужен еще один? – усмехаюсь от того, как она краснеет, и целую в кончик носа. – Пойдем. Все хорошо будет. Только садись рядом со мной… Хорошо? Не могу, психую, что ты рядом с ним.
Она кусает губы, хмурится, взвешивает все «за» и «против», но в конечном итоге выдыхает и кивает.
Все. Сашка счастливый. Что еще надо?
Глава 29
Глава 29
После всего, что произошло, меня спокойно можно забирать в психушку с диагнозом «тронувшаяся умом». Ну, или «съехавшая с катушек». Что-то вот в этом духе.
Как можно было так потерять голову, чтобы без капли стыда умирать в руках Саши, когда этажом ниже сидят его мама, ее мужчина и сокомандник Саши. Молчу о том, что один из них является мне почти начальством, черт возьми! Ничего в голове не щелкнуло, кроме того, что рядом с Сашей мне становится плевать на весь мир. В прямом смысле этого слова. Ну, существует этот мир, и черт с ним, главное, чтобы нам не мешал.
И я все-таки сбегаю в ванную на минуту, остужая горящую шею холодной водой и приглаживая волосы, что просто не могли не растрепаться. А потом выхожу к Саше. Он сияет, как начищенная монета, и его честная и искренняя реакция заражает улыбкой и меня.
Он нежный очень. Я получаю еще пару поцелуев в нос и лоб, пока мы доходим до гостиной, но с каждым шагом мое сердце сбивается с ритма только сильнее.
Я упираюсь, но Саша понимает, что, если не зайду сразу, не зайду и потом, поэтому тянет меня за собой, заводя меня за руку без капли лишних эмоций.
А я не актриса сейчас! Потому что не могу сдержаться! Краснею, бледнею, особенно когда ловлю на наших сцепленных руках взгляд Влада. Ой боже… Желание того, чтобы провалиться под землю, все еще никуда не делось.
Саша отодвигает стул рядом с собой, помогает мне сесть, и я снова опускаю взгляд в тарелку, не смея смотреть на присутствующих. Вот там, наверху, это был лучший вечер в моей жизни. Но тут… Это ужасно.
– Помирились, дети? – внезапно спрашивает мама Саши, и мне становится просто плохо! Господи, дайте мне сбежать отсюда, прошу!
– Ма, – рычит Саша.
– Не психуй, – отвечает она. – Я же волнуюсь о вас. Вы простите, я не удержалась и рассказала гостям, что вы вместе, просто были в ссоре… Вообще вот оказалось, что земля такая круглая, все друг с другом были знакомы. Леночка… Я рада, что ты сегодня здесь, – говорит она, и я поднимаю на нее взгляд. А там… Ни капли злобы! Совершенно! Теплота и действительно радость за сына. С ума сойти…
Еще полчаса назад я думала, что этой молодой женщине не больше тридцати, а теперь принимаю от нее комплименты как… девушка ее сына. Вау.
– И я рада, – отвечаю негромко, все-таки улыбаясь краешком губ. Все еще катастрофически неловко! Но уже немного лучше. На капельку, но лучше.
А дальше вроде как все спокойно болтают, словно ничего и не случилось. Или, по крайней мере, очень хорошо делают вид.
Саша заставляет меня поесть, силой накладывая какой-то салат, и даже спаивает мне бокал шампанского, видимо, чтобы окончательно меня расслабить.
В какой-то момент мама Саши, папа Влада и Виталик выходят на улицу. Мужчины покурить, а мама, наверное, просто составить компанию, и мы остаемся втроем.
Да ну за что мне все это!
– Счастливый, гад, ты, – нарушает молчание Влад, усмехаясь Саше. Удивительно, это сказано не со злостью, но с какой-то вселенской усталостью.
Саша улыбается, переплетает пальцы с моими, поднимает их к лицу, целует и гордо говорит:
– Да!
Господи. Издеваются?
– Мне неловко, чтобы вы знали, – предупреждаю их. Без родителей, конечно, чуть легче дышится, честно признаться.
– Все хорошо, Лена. Я рад, что вы вместе. Ну, может, не прям рад… Хотя нет, рад. За друга рад, за тебя рад… А я обойдусь.