– Что?

– Ничего, – вздыхает он. – Просто тут все. Записи о персонале, банковские счета, контракты, акты, черные списки Брейшо. Письменные показания, копия завещания Брейшо, документы о нашем усыновлении, даже список имен членов всех семей и их местонахождения.

– И… – я жду, что он продолжит.

– Может, его арест и суд – не единственное, что он скрывал?

– Перкинс, – догадывается Ройс.

Кэп кивает, глядя на него.

– Он есть на этой чертовой фотографии в ежегодном альбоме выпускников, но его имени нигде нет. И его вообще больше нигде нет. Это странно. Почему его нигде нет, но он есть на этом забытом и, возможно, случайном фото, а теперь он директор в нашей чертовой школе? Так решил отец. Он был учителем начальных классов. И все время находится где-то рядом. Почему его не отправили восвояси? Или, по крайней мере, почему он не фигурирует ни в каких документах?

Я наклоняюсь вперед, беру выпускной альбом и открываю страницу с загнутым уголком. Молодой Ролланд стоит там рядом с Перкинсом, отцами Ройса и Кэпа и еще одним мужчиной, все они обнимают друг друга за плечи.

– Нам нужно расспросить об этом отца, – говорит Ройс, а потом указывает их отцов на фото, и я улыбаюсь.

– Ты выглядишь один в один как твой отец, – смеюсь я, проводя пальцами по изображению мужчины с темными глазами и дерзким взглядом. У Ройса даже та же игривая ухмылка.

– Нет, я выгляжу намного лучше, – он подмигивает мне.

Он пытается скрыть это, но в его глазах я вижу тень грусти.

– А кто этот мужчина? – спрашиваю я, снова глядя на фотографию. Я всматриваюсь в блондина в голубом блейзере и белоснежной рубашке.

– Не знаю, – отвечает Ройс.

Я читаю подпись:

– Здесь написано «Лучшие ученики и преподаватели старшей школы Брейшо». Может, он учитель?

– Он не выглядит намного старше их, Рэй-Рэй.

Я киваю, нахмурившись:

– И правда.