– Да. – Мейсон нервно откашливается. – Мне кажется, это хорошая идея. Надо попросить Кэмерон, чтобы она собрала тебе сумку в дорогу. И мы поедем с тобой.

Папа беспокойно хмурит брови, но кивает и кладет руку маме на спину, когда та встает.

– Мы с папой пройдемся по магазинам и купим продукты, чтобы холодильник не был пустым, – озабоченно говорит она. – И если ты думаешь, что после всего, что случилось, я помашу тебе ручкой и уеду домой, ты просто сумасшедшая. Я поеду с тобой. А чтобы не докучать вам, сниму дом поблизости.

Сжимаю ее ладонь.

– Мамочка, я догадывалась, что ты это скажешь.

Она подмигивает мне.

Время посещения подошло к концу. Теперь, когда я больше не в критическом состоянии, действуют стандартные правила больницы. Честно говоря, это облегчение. Родители советуют мне поспать и ни о чем не тревожиться. Но если бы они знали, как у меня сводит живот от мыслей о наступающей ночи, они бы забеспокоились.

Улыбаюсь им, притворяюсь веселой, но, как только все уходят, меня опутывает липкий страх. Скоро выключат свет, и из коридора не будет доноситься ни звука. Только медсестры иногда тихо переговариваются между собой.

Ненавижу эту тишину, и одна только мысль о сне приводит меня в ужас.

Что, если я закрою глаза и совсем все позабуду?

Что, если я закрою глаза и больше не открою?

Что, если я проснусь и не вспомню, кто я такая?

Прямо сейчас я еще я, только не хватает пары деталей. Но что, если завтра я превращусь в незнакомку, застрявшую в теле Арианны Джонсон?

Плюхаюсь на подушки, реву и размазываю слезы по лицу.

Вдруг раздается легкий стук, я выпрямляюсь и с удивлением вижу Ноа. Он стоит в дверях и держит в руках пакет.

– Вредное привидение Каспер снова действует тебе на нервы? – Голос звучит ласково, но напряженно.

Я смаргиваю слезы.

– Да, хулиганство то еще. Брызгает мне водой в глаза. Жутко раздражает.

Он тихонько смеется и кивает, как будто понял, что я имею в виду.

Понял, как мне надоело плакать.