Упс, но терпимо. Рад, что малышка прокатится, вместо того чтобы идти домой пешком как обычно.

Я: Тогда я сразу заскочу к тебе. Малышка-репетитор: Мне надо очень рано вставать. Прости.

Я: Тогда я сразу заскочу к тебе.

Малышка-репетитор: Мне надо очень рано вставать. Прости.

Хмурюсь.

Прости? То есть ты, Тобиас, сегодня в пролете?

Раздражение нарастает, но стараюсь не обращать внимания. Просто отправлюсь сегодня вечером к бургерной и перехвачу ее. Поужинаем вместе, как только Мейер освободится. Она будет счастлива.

Да, это похоже на план.

Выхожу на поле с командой и тусуюсь у блиндажа, пока парни разогреваются. Я сегодня не подающий – мои шикарные подачи припасены для следующих серий, а сегодня мы играем с командой, которая занимает последнее место в лиге. Все тянется чертовски долго, и я с сочувствием наблюдаю, как соперники делают все возможное, чтобы вырвать победу. Однако наш тренер умен, он оставляет Ксавье и Нео на поле, чтобы все контролировать и держать количество пропущенных мячей на рекордно низком уровне.

Все, кроме меня, устали, да к тому же теперь, когда май в самом разгаре, солнце палит с неистовой силой. Вообще-то здесь никогда не бывает слишком жарко, но поле у нас торфяное и окружено кучей металла, так что пот и без игры льется рекой.

В душ не иду, быстро переодеваюсь в уличную одежду и тихонько ускользаю, не сказав ни слова.

– Тобиас.

Притормаживаю, даю задний ход и заглядываю в кабинет тренера Рида.

– Что такое, тренер?

Он хмурится, откладывает свой планшет и нависает над столом: