Поджимаю губы и киваю в знак того, что ей лучше оставить нас. Подруга с беспокойством сжимает мою руку.

«Все в порядке, Би. Я справлюсь».

Она кивает, идет к своей машине и уезжает.

Мы оба смотрим ей вслед, нам было необходимо это время, чтобы успокоиться и отдышаться, но когда фары исчезают из виду, мы остаемся наедине.

Тобиас потирает подбородок и смотрит на меня.

– Я не хочу, чтобы ты был здесь, – удается произнести мне. – Прошу, уходи.

– Не понимаю, – бормочет он, и плечи его опускаются. – В чем я виноват? Вновь и вновь прокручиваю в голове каждую минуту, проведенную с тобой, и не могу понять. Дело в этой дурацкой статье? Или, может, в вечеринке? Мне хотелось познакомить тебя с друзьями, но если ты не была готова, почему не сказала? Я просто… Я думал, тебе будет комфортно с нами. Почему бы не повеселиться в кругу своих сверстников, вдруг тебе это понравится… Но мне не нужны вечеринки, – торопливо добавляет. – Правда. Я могу отказаться от всего этого.

– Тобиас, прошу.

– Знаю: облажался, знаю, что не заслуживаю быть с тобой. – Он отворачивается. – Но я думал, что с тобой, может быть… Твою мать, я просто полный болван.

Против воли делаю полшага к нему, и это не остается незамеченным. Бросив на меня взгляд, он, кажется, перестает дышать. Следовало бы прислушаться к предупреждениям из моей головы и отступить, но я не двигаюсь.

Медленно, очень медленно Тобиас приближается ко мне. Не уверена, что я вообще дышу.

Он начинает что-то говорить, но тихий плач Бейли прерывает его.

Жгучее чувство облегчения окатывает тело. Вхожу и спешу в комнату.

Ложная тревога. Глазки дочки закрыты. Дышит ровно и тихо.

Опускаю голову на руки, снова борюсь со слезами. Стараясь не издать ни звука, хочу, чтобы никого не было, когда выйду.

Тобиас не ушел. Хуже.

Он стоит у дверей в комнату, а когда я выхожу, ловит меня за руку и удерживает на месте.

– Тобиас.