Притягиваю Мейер к себе, впиваюсь в ее губы, руки путаются в волосах.

От переизбытка эмоций я сейчас задохнусь. Легким необходим воздух, но воздух может дать только она.

Тело дрожит, отчаянно желая получить то, что она готова дать.

Не сомневаюсь, что Мейер готова дать многое. Но я ей – еще больше.

Возьми все, малышка-репетитор, все, что есть во мне, – твое.

Не уверен, дышу ли я, но, черт возьми, ее аромат щекочет ноздри, заставляя сердце бешено колотиться.

Каждый нерв во мне проснулся и чертовски нуждается в ней.

Подхватываю ее и несу в гостиную, усаживаю на диван и срываю с нее одежду. Но прежде чем расстегнуть лифчик, останавливаюсь и беру ее лицо в ладони.

Полные желания глаза смотрят на меня, и провалиться мне на этом месте, если мой член не увеличился в десять раз.

Она вся горит, но в прикосновениях чувствуется такая нежность, о которой я и не подозревал.

– Мейер, я должен убедиться, что ты все правильно понимаешь. Это не то, что мне нужно, я хочу от тебя вовсе не этого. Я хочу тебя всю. Плохую, хорошую, чокнутую. Все, что есть в тебе. Каждую частичку.

Нижняя губа девушки начинает дрожать, и я легонько покусываю ее.

Малышка, я понимаю твои страхи и проблемы.

Теперь ты не одна.

– Я хочу тебя всю, – повторяю я. – И если ты найдешь для меня место, то хочу, чтобы это было здесь, – прижимаю костяшки пальцев к ее груди над сердцем. – Вот тут, слышишь? Понимаешь, о чем я говорю?

Глаза Мейер наполняются слезами. Меня охватывает страх, и в горле встает ком.