Но он не выглядит счастливым. А смотрит на меня так, будто я упустила что-то очень важное.

– Они не хотят ничего предпринимать, пока не будут знать, чем все кончится.

– Ну так напиши окончание, – прошу я.

– Им не нужно мое окончание, Элиза. Им нужно твое. В ином случае все будет неправильно.

– Я могу сказать тебе, какой будет конец, и ты…

– Они. Хотят. Твое.

– То есть книги не будет, если комикс останется незаконченным?

Он продолжает смотреть на меня. Внутри у меня становится холодно.

– Странно как-то, – говорю я. – Это все же хорошая история – люди будут покупать ее…

– Ты должна закончить. – Я никогда не слышала у него такого требовательного голоса.

– Я не могу.

– Ты должна довести дело до конца, Элиза.

– Сейчас я даже не могу прикоснуться к карандашу. Ты же сам пережил подобное, разве не так? Ты не можешь ничего делать, потому что ничего не движется, ничего не получается, голова у тебя пуста…

– Ты должна закончить, – с трудом говорит он. Я бы хотела загородиться от него подушкой, как щитом. – Мне никогда больше не выпадет шанса подобного этому. И тогда мне придется еще четыре года заниматься тем, что заставят меня делать другие. А может, и еще дольше. Я больше не могу. Пожалуйста, Элиза. Осталось всего несколько глав, просто соберись и закончи историю.

Он ничего не понимает. Или не хочет понимать.

– Я не могу, – шепчу я.

– Почему?