Щербатая была не просто недовольна, она была в ярости. Состоялось не первое, но тем не менее важное собрание, на котором присутствовала вся верхушка власти. Баскаков не позволил Белому быть там, категорически отказываясь от его помощи: «Сиди и не рыпайся».

И теперь Юрий Васильевич собирал свои вещи и складывал полномочия. Он взял всю вину и ответственность на себя. И понес наказание. Сердце Александра болезненно сжималось. Он хотел бы что-либо сделать для доверившегося ему человека, но боялся, что от его слов или помощи станет еще хуже.

– На вашем месте должен быть я, – дрогнувшим голосом сказал Белый.

Баскаков усмехнулся и посмотрел на молодого следователя. Он приблизился к нему и по-отечески сжал его плечо.

– Ты еще слишком молод, чтобы быть на моем месте.

– Накосячил я. – Александр сжал кулаки и поморщился. Перевязанная ладонь все еще ныла. – И именно я должен расхлебывать эту кашу.

– У тебя впереди множество раскрытых дел. Не позволяй недоразумениям разрушить твою карьеру.

– Это разве недоразумение? Из-за которого нужно увольнять?

– Как дала понять Щербатая, это мы еще легко отделались, – мрачно хохотнул он и снял с себя пиджак.

– Неужели все было зря?

– Порой на пути встречается столь могущественная сила, над которой не властен даже самый пытливый и жаждущий справедливости ум.

– Но это ведь не повод опустить руки! Напротив, нужно сделать все, чтобы эту силу обуздать и одержать над ней верх. Разве не так?

Баскаков покачал головой и вздохнул:

– Горящее сердце[37] никогда не станет светом для слепого народа.

Белый спрятал слезы, уткнувшись носом в плечо бывшего начальника, который по-отечески тепло обнял его и похлопал по спине. Дверь отворилась. Александр быстрым движением пальцев коснулся мокрых ресниц и обернулся. На пороге стояла Щербатая, за которой стоял знакомый мужчина в темно-синем костюме. Он обошел Елену Игоревну, протянул руку Белому и сказал:

– Здравствуйте. Я Удельников Владислав Юрьевич, мы с вами уже встречались ранее. Мой клиент Николай Александрович Картунин удостоил меня чести представлять его интересы в суде.

Он нерешительно пожал протянутую руку и посмотрел на начальницу. Она чуть опустила голову и улыбнулась, не скрывая насмешки во взгляде. Было в тот момент в ее лице что-то птичье, опасное, хищное. Что-то сильно напоминающее ворона. Сердце неприятно кольнуло и сжалось. «Как я раньше не замечал?»

Александр перевел взгляд со Щербатой на Удельникова и лишь теперь осознал, что они наделали. И какую силу имел в виду Баскаков. «Они повсюду, Белый», – вспомнил он слова Питера.