Меня будто молнией ударило осознание.

Я не говорила Демьяну о том, что рассказала обо всем Равилю. Тогда как он мог знать «лично»? Подслушал или…

– Ты виделся с ним? Равиль был здесь?

Он не ответил, только едко усмехнулся. В глазах наконец-то блеснуло что-то кроме высокомерия и ехидства, и то был страх.

– Попробуй спросить его об этом сама, – выплюнул Демьян, выходя из камеры хранения. – Если сможешь его найти. Если успеешь.

И он картинно постучал пальцем по наручным часам, которые отмеряли последние часы пребывания в Калининграде.

Мне не нужно было ничего спрашивать, чтобы убедиться в том, что Демьян знал, какую трепку мне задал отец Равиля. И он явно в курсе, что телефона у меня больше нет.

Смагин наверняка гордился собой, ведь исполнил безупречный отвлекающий маневр. Пока все пересылали и обсуждали мое «интимное» фото, я носилась в поисках Равиля вместо того, чтобы обелить честь. Я бы могла сейчас объявить, что снимок – липа, а Демьян – лжец, который шантажировал меня ради победы в споре. Но мне не до этого. А чем дольше я тяну с опровержением, тем труднее мне станут верить.

Демьян защищал себя таким грязным способом, а я и мое разбитое сердце были лишь расходными материалами. И я ничего не могла с этим сделать.

* * *

В салоне сотовой связи мне предложили взять новый телефон, но предупредили, что восстановить сломанную сим-карту пока не получится. Без нее смысла в смартфоне я не видела почти никакого – не смогу ни позвонить, ни зайти в соцсети. Единственный плюс – наличие карты под рукой.

Я взяла самый дешевый телефон и все же попыталась войти на свои странички. Не получилось. Сайты запрашивали коды подтверждения, которые приходили на мой недоступный номер. Проклятье! Никогда не думала, что буду ругать себя за то, что поставила двухфакторную защиту!

Я прошла в центральный парк и решила устроиться пока там. Вдруг кто-то из ребят с группы будет здесь гулять? Но пока я регистрировала новые странички в соцсетях, никто из знакомых мимо не прошел.

Теперь надежда была только на то, что я смогу найти Арину или Равиля по имени и фамилии, но я заранее знала, что это приведет к провалу. У Арины страница была скрытой, а аккаунт Равиля вместо его имени носил какой-то цифровой код. Наизусть я его, конечно, не помнила.

Меня захлестывало отчаяние. Единственное, что я знала наверняка, – это время, в которое мы должны будем собраться у аэропорта. Я понятия не имела, где Арина или Равиль, и даже предположить не могла, как их найти.

Хотя…

Я вбила в поиск «Гугла» имя Равиля, а потом его отца. Открыла самые свежие странички с новостями и чуть не подпрыгнула на месте от радости.