Сырники… С изюмом… Целая горка на огромном блюде посередине стола…

Ухватив сразу два, откусываю от одного половину…

— Я ещё раз на тебе женюсь!!! — выдаю с набитым ртом…

— Я от первого-то не до конца отошла! — ставит Бронислава на стол чашки с сметаной и со сгущенкой. — Сметана только… Так… Одно расстройство…

Ну да, не деревенская…

— И так съем!! — запихиваю в рот вторую половину сырника, а ещё один сразу макаю в сметану…

— И варенья нет… То, что в магазинах… — вздыхает Ронька и тоже берет сырник… — И творог…

— Всё равно вкусно… — урчу я, наворачивая сырник за сырником…

— Ешь, не болтай… — улыбается мне Бронислава…

— Сначала их съем, — киваю на горку на блюде, — потом — тебя…

* * *

— Аким!!! — теперь, походу, Ронькина очередь рявкать на родню. — Вот это тебя точно не касается!!!

А моя очередь выглядывать из кухни…

Если Бронислава готовила, то я — мою посуду…

И, как заправская хозяюшка, мечтаю о посудомойке…

Раньше была ни к чему, но теперь-то у меня… Ронька…

— Шурин твой звонит… — зло так выдает жена. — Спрашивает, не жалею ли я, что за тебя замуж вышла… А что⁈ Ты ж не стесняешься у меня такое спрашивать!! — это, видимо, снова Акиму и, как я понимаю, на то, что он не рад, что Ронька его мне сдала…

— А ты не жалеешь? — спрашиваю, подходя ближе…

— Жалею… — улыбается Бронислава, а я так прямо… Аж поджалось всё… — Жалею, что Аким не здесь, а то через телефон пришибить его не получится!!!

И враз назад «отжалось»…

— Не шути так… — чмокаю её в макушку…

— А я насчёт пришибить Акима и не шучу!! — распаляется Ронька…

— Если что, я тело спрятать помогу, а у отца попрошу такое алиби создать, чтоб не подкопались! — говорю так громко, чтобы Ронькин старший брат услышал…

* * *

— Может, хоть погулять сходим? — предлагает мне Бронислава, лениво проводя пальчиками по моей груди. — Я за всю жизнь столько дома не сидела, сколько за эти пять дней…

— Но только быстро, да? А потом домой и… — не успеваю договорить, потому что тут же получаю кулачком по груди…

— Ты, вообще, о чём-то другом думать можешь⁇ — хмурит брови и пытается напустить на себя серьёзный вид. — Ты как раньше-то жил⁇!!

А сам не знаю, как…

Как я без такой Роньки жил???

— Могу… Но… Зачем? — пытаюсь отбиться и перехватить её руки…

Вот чувствую же, не погуляем сегодня…!!!

А сама виновата!!

Лежит тут такая красивая и без трусиков…

— Не пойдем, да? — смеётся мне в губы Бронислава, когда я, перекрутив нас, прижимаю её к матрасу…

— Может… после… — успеваю сказать до…

* * *

— Ну, кто там ещё? — тянется Ронька к телефону на прикроватной тумбочке и, не удержав его, роняет на пол…

Перегнувшись через неё, пытаюсь дотянуться и поднять…

Вижу, что на экране высвечивается «Роник»…

А этому что в первом часу ночи нужно? Тоже у сестры спросить, всё ли её в нашем браке устраивает?

Пока поднимаю телефон, вызов заканчивается, но Роник тут же начинает названивать снова…

Передаю телефон Брониславе…

— Роник, что-то с Совенком? — подскакивает, как не лежала, и я — не помеха…

Не слышу, что отвечает ей брат, но понимаю, что в деревне Дуброво и с нашим отъездом веселья не убавилось…

Остаётся только гадать, кто и что выкинул на этот раз…

60. Роня

60. Роня

— С самого утра⁇ — присаживаюсь на кровати, опираясь спиной на подушки и изголовье.

— Дашка сказала, что в восемь она ещё была, а потом бабуля пришла, Лёвку уложила, других мелких есть повела на кухню…

Ну, понятно, в этой кутерьме за мамой никто и не смотрел… Да и надо ли???

А хотя, оказывается, надо…

— Что⁇ — тихо спрашивает присевший рядом Тимофей.

— Мама куда-то с утра ушла и до сих пор нет… — включаю громкую связь…

— В рощу, наверное… — задумчиво произносит мой уже пять дней, как муж…

— Привет, Тимох! — тут же доносится из динамика. — Да хрен её знает!! Это я про тёщу твою… Всю деревню облазили, под каждым кустом смотрели, все канавы проверили…

Голос, конечно, у Роника…

— А в рощу ходили? — спрашиваю, потому что просто чувствую, что мама пошла именно туда — очень уж она этого хотела…

— Вот только в рощу и не ходили… — вздыхает брат. — Аким уже выехал… Сказал, тебе не звонить, но Роньк…

— Ну, и мы тогда сейчас выезжаем, да? — не столько спрашивает, сколько утверждает Тимофей.

— Ну, так-то, у вас там… Медовый месяц… И вы ж только в воскресенье должны были приехать… — понятно, что Роник хотел бы, чтоб мы тоже подъехали, но и просить не решается…

— На сене тоже хорошо будет… — выдаёт Тимофей и я тут же показываю ему кулак…

* * *

— Ронечка… Тимоша… Вот где эта… дочь его, — кивает бабуля на дедушку, — заполошная⁇ Уже и соседи помогали искать…

— Ясно, где!! — привстает со ступенек дедуля. — В рощу понеслась, кобыла нестёбанная!!! Не бил её в детстве, так сейчас ремень сыму — и по жопе, и по жопе!!! И чтоб неделю сидеть не могла!!!

— А папа где? — спрашиваю я, обнимая бабулю.

— А либо под яблоней, либо под грушей… — машет она руками. — Где ж ему ещё быть⁈

Понятное дело, бабуля с дедулей дома у родителей — за мелкими, конечно, Василиска с Дашей смотрят, но…

— Тёть Нюр, я сейчас сумки в дом занесу и мы пойдем тогда до рощи дойдем… — чуть отодвигает нас с бабулей Тимофей. — Аким сказал, у вас фонарь должен быть большой…

— Ну, принеси, давай!! Тут-то кроме фигулек с перьями ничего толком нет… — оборачивается бабушка к дедуле. — Тимош, а как с дороги-то — и сразу в рощу?

— Нормально… Роня в машине поспала…

— Это не фигульки с перьями, это амулеты… Ловец снов… — доносится папин голос.

Значит, под яблоней…

— Ох, ептиль-моптиль!! — кряхтит дедуля. — На кой хрен нам Ловец снов, нам бы что-нибудь такое, чтоб кобылицу ненормальную словить, да домой приволочь…

— О, очухался шаман недоделанный!! — взмахивает руками бабушка. — Куда Фаська-то пошла? Что говорила?

— Говорила, что до ретроградного Меркурия нужно в рощу успеть…

— Ой, батюшки-обдристатюшки… — качает головой дедулечка. — Совсем на своих гороскопах помешалась…

— А в кого ей нормальной-то быть — у отца, вон, собаки в кошек превращаются… — шипит на него бабуля. — Иди за фонарём давай…

* * *

— Что-то как-то ссыкотно… — произносит Роник, едва мы подходим к роще.

— Не, ну, так — то, после того раза ничего плохого не случилось… Разве что Ронька за Тимоху замуж вышла… — успокаивает его Аким.

Ну да, а что односельчане наши только что не крестятся при встрече, это так — мелочи…

— Может, позвать её для начала? — спрашивает Роник.

— Она, вообще-то, не столько в рощу хотела, сколько к озеру… — вспоминаю я.

— Ну, твою мать, час от часу не легче!!! — чуть не выплёвывает Аким. — Чё ей в том озере-то надо?

— Может, стоит в МЧС позвонить — там ведь профессионалы… — предлагает Тимофей.

И я с ним, в принципе, согласна. Если предположить самое страшное, то мы тут ничего сделать не сможем… И они не смогут, но хоть…

— Сейчас до озера дойдем и если что… — соглашается Аким…

61. Роня

61. Роня

— Мам… Мама… — зовём по очереди мы с Роником и Аким…

Если найдём её живую и здоровую…

Ну, вот, что ей это озеро…⁇ Что она там себе напридумывала…⁇

Заглядываем под каждое дерево и каждое по три раза обходим по кругу…

— Ронь… — сжимает мою руку Тимофей… — Слушайте все…

Замираем, прислушиваясь…

Да не может быть…!!!