Я не сразу въезжаю, что он предлагает мне еще навешать тваринам. Мотаю головой. Тот кивает оставшимся двум, и те за шкирятник тащат свиней в одну из машин.

Дядя подходит к Максу, демонстративно игнорируя транспортировку швалей.

– Ты их привезешь к скольки?

Лютаев пожимает плечами:

– Поговорим, и привезу. Воскресенье. Давай к вечеру. Как раз соберешь их родителей…

В разговор вклинивается пятнистый.

– Ты в следующий раз, когда говоришь, помоги нашим, уточняй, как они выглядят, – пожимая руку Лютому, дает он ему классный совет. – Наши – красавчики, прям так себе примета.

Я отрываю задницу от земли и плетусь к Ритке, все еще весящей на Дане.

– Поехали отсюда, – предлагаю я. – Думаю, нас вызовут потом.

Дядя, уловив краем уха, мою фразу:

– Отвезите домой ту. Операция неофициальная. Мы к ней врача пришлем сегодня, и следака завтра. Но мы тут еще часа на три точно, так что забирайте.

Смотрю на Риту.

– Ее зовут Лена. Лена Самойленко. Я знаю, где она живет. Была в гостях. Это на Солнечной, – сорванным голосом рассказывает она.

Киваю.

Иду за девчонкой.

Она никакущая. Как безвольная марионетка. Покорно идет за мной в машину.

От одной мысли, что подонки могли успеть, трясти начинает.

Словно почувствовав мое состояние, дядя Дима притормаживает меня за плечо:

– А ты в состоянии вообще вести машину?

– Нормас.