— Саня, Саня, — уже кричит Сашка.

А я уже в подъезде, сама не понимаю, как выскочила, бегу по коридору, нелепо сжимая в руке зонт. Саша бежит за мной, босой и мокрый, но мне все равно. Как в тумане, лечу по лестнице вниз, вылетаю из дома… и уже в следующее мгновению мчу на машине по улицам города. Слез нет, мыслей тоже. Голова пустая. Зато начинает болеть правая рука — я все еще сжимаю проклятый зонт. Как только понимаю это, сразу же с отвращением выкидываю его в открытое окно.

Глава 10

Глава 10

Меня знобит, несмотря на то, что на маленькой кухне достаточно душно. Опять хочется рыдать, но слез нет. Где-то в глубине квартиры тикают часы, звучат приглушенные голоса, периодически скулит пес, шипит кошка, что-то падает на пол. Надо было бы пойти шикнуть на мальчишек, развести пса и кошку по углам… а еще лучше собрать все свои пожитки, детей и прочий свой цыганский табор и удалиться восвояси. Но вместо того, чтобы встать со стула, я еще глубже зарываюсь в свитер и совсем не замечаю, как на кухне вновь появляется Анюта.

— Вроде уснул.

Она садится напротив меня, ее движения легки и как будто неуловимы. Она доливает нам вина, окидывает взглядом стол, оценивая, не надо ли заглянуть в холодильник. Удовлетворившись увиденным, она в конец расслабляется.

— Если повезет, проспит до утра.

От этих слов мне становится совсем тоскливо. Чувство личной убогости и бессилия с новой силой начинают терзать меня изнутри.

— Ань… Мы завтра уедем, честно, — пытаюсь оправдаться я. При этом Анюта вопросительно поднимает бровь, всем своим видом говоря: «Интересно, и куда же?!». Но на этот вопрос, как и многие другие, у меня просто нет ответов.

— Знаешь, Сань, ты можешь еще раз 10 у меня попросить прощение…

— Могу… — печально соглашаюсь я, и самой же противно от того, насколько жалко это звучит.

— Можешь, можешь, не сомневаюсь. А еще ты можешь продолжить свое самобичивание и упаднические настроения. Но что-то мне подсказывает, что это не поможет нам решить наших проблем.

— Наших?

— Наших, наших. Ведь пока ты не решишь свои проблемы, ты останешься здесь… И это, к слову, даже не обсуждается! Лелька с дядей Сережей обещались через неделю быть, так что до их приезда я точно вас никуда не отпущу. Но, тем не менее, пока вы здесь, это крайне усложняет мой быт, в частности, рушит все мои вечерние планы на мужа, — я виновато морщусь и пытаюсь начать извиняться опять. Но Анюта указывает на меня бокалом и продолжает. — Вот только попробуй, меня уже тошнит от слова извини, серьезно. Раз вы остались здесь, то сегодняшний вечер я хочу провести в компании адекватного человека, а не нюни и плаксы. Если бы я этого хотела, я пошла бы и разбудила ребенка и слушала его вопли до скончания века.