– Значит, будет шестнадцать еще год.

– Похоже, мне всю жизнь будет шестнадцать.

– Я этому не удивлюсь.

– Я не шпионю, – сказала Кэти с негодованием. – Просто мне нужен был никель для газовщика, и я подумала, ты не станешь возражать. Ты же много раз залезала в мою сумочку за мелочью.

– Это другое дело, – ответила Фрэнси.

Кэти держала в руке маленькую фиолетовую пачку, в ней лежали ароматизированные сигареты с золотым обрезом. Одной недоставало.

– Ну вот, теперь ты знаешь самое ужасное, – сказала Фрэнси. – Я выкурила сигарету Мило.

– А они приятно пахнут, – заметила Кэти.

– Переходи к делу, мама. Прочитай мне нотацию, и покончим с этим.

– Когда во Франции погибает столько солдат, мир не рухнет, если ты выкуришь сигарету.

– Ладно, мама, ты уже вдоволь позабавилась – как в прошлом году, когда не возражала против кружевных панталон. Теперь выброси сигареты.

– Ни за что! Я разложу их по ящикам шкафа. Мои ночные рубашки будут приятно пахнуть.

– Думаю, в этом году не стоит покупать рождественские подарки. Лучше купим жареного цыпленка и большой торт в булочной, и фунт хорошего кофе, и…

– Нам же хватает денег на еду, – возразила Фрэнси. – Зачем тратить на нее рождественские деньги.

– Я хочу отдать их сестрам Тинмор на Рождество. Больше никто не берет у них уроков музыки – люди говорят, они устарели. Они голодают, а ведь мисс Лиззи была к нам так добра.

– Ну хорошо, – без особого воодушевления согласилась Фрэнси.

– Вот еще! – Нили с досады пнул стол.

– Не волнуйся, Нили, – рассмеялась Фрэнси. – Ты свой подарок получишь. Я куплю тебе в этом году коричневые гетры.