С удивлением взглянув на его вытянутую руку, она вдруг поняла смысл этого жеста.

– Вот ваша записка. Какой неразборчивый почерк. Я половины слов не разобрала. Вы не могли бы прочитать мне текст?

Он выполнил ее просьбу.

– Спасибо. Вы сказали мистеру Торнтону, что меня там не было?

– Конечно, мэм. Мне жаль, что я действовал, основываясь на информации, которая оказалась ошибочной. Сначала молодой человек давал твердые показания. Теперь он сам сомневается в своих словах и надеется, что его ошибка не вызовет у вас большого раздражения. Он боится, что ваше семейство перестанет покупать продукты в их магазине. Спокойной ночи, мэм.

– Спокойной ночи.

Она позвонила в колокольчик и попросила Диксон проводить инспектора до двери. Когда служанка вернулась, Маргарет быстро прошла мимо нее.

– Все в порядке! – сказала она, не обращая внимания на Диксон, которая последовала за ней, чтобы задать свои назойливые вопросы.

Девушка взбежала вверх по лестнице, вошла в свою комнату и закрыла дверь на замок. Затем, не раздеваясь, она бросилась на кровать. Сил на размышления уже не осталось. Прошло полчаса, прежде чем неудобная поза и озноб, вызванный большой усталостью, вывели ее из оцепенения. Она начала вспоминать, сопоставлять и гадать. Прежде всего Маргарет подумала, что ужасная тревога о Фредерике закончилась и теперь ее нервное напряжение уменьшится. У нее возникло желание вспомнить каждое слово инспектора, связанное с мистером Торнтоном. Когда он виделся с ним? Что сказал? Что мистер Торнтон ответил? Какими были точные слова в записке? Но пока она вспоминала, вставляя или опуская фразы и слова, использованные в тексте, ее ум загнал себя в тупик. Она вдруг пришла к ужасному выводу. В тот фатальный вечер мистер Торнтон видел ее около станции Аутвуд. Позже ему рассказали, что она отрицала свое пребывание там. В его глазах она оказалась лгуньей. Она и была обманщицей. Но сейчас она не думала о раскаянии перед Богом. В хаосе мыслей перед ней маячил мрачный факт – она низко пала в оценке мистера Торнтона. Она даже не стала перечислять свои оправдания. Они не касались его. В эти мгновения Маргарет и подумать не могла, что кто-то начнет подозревать ее в недостойном поведении. Ведь она была вместе с братом! Но мистер Торнтон знал, что она солгала, и он был прав, осуждая ее.

– О, Фредерик! – со слезами на глазах воскликнула она. – Я пожертвовала бы всем ради тебя!

Даже во сне мысли Маргарет бежали по одному и тому же кругу, пугая ее преувеличенными намеками на чудовищные последствия.

Когда она проснулась, яркий утренний свет принес ей новую идею. Она поняла, что мистер Торнтон, перед тем как идти к коронеру, уже знал о ее лживом ответе. Это подтверждало догадку, что он хотел уберечь ее от повторных ложных показаний. Маргарет с упрямством ребенка отбросила прочь подобную мысль. Она не чувствовала благодарности за такое заступничество, показывавшее, что мистер Торнтон считал ее опозоренной. Он предпринял определенные действия, но только для того, чтобы не допустить ее публичного осуждения. А она прошла бы через все унижения. Она совершила бы клятвопреступление, чтобы спасти Фредерика, – причем гораздо охотнее, если бы мистер Торнтон ничего не знал и не вмешивался в ход событий, тем самым спасая ее. Какой злой рок свел его с инспектором полиции? Почему именно он оказался тем членом магистрата, которого попросили заверить слова умиравшего Леонардса? Что при нем сказал Леонардс? Как много мистер Торнтон знал о прежнем обвинении, выдвинутом против Фредерика? Что сообщил ему мистер Белл – их общий знакомый?