Сир!
Я получила, через своего сына, заверение, что Ваше Величество изъявили согласие на мое возвращение в Мальмезон и на предоставление мне средств, о которых я просила, для приведения замка Наварры в состояние, пригодное для обитания.
Эта двойная милость, сир, почти рассеивает мои опасения и даже страхи, которые внушило мне длительное молчание Вашего Величества. Я боялась быть полностью изгнанной из Вашей памяти, но теперь вижу, что это не так. И потому я сегодня менее несчастна и даже счастлива, насколько я отныне могу быть счастливой.
В конце месяца я отправлюсь в Мальмезон, поскольку Ваше Величество не видит к тому никаких препятствий. Но я должна Вам сказать, сир, что не воспользовалась бы так скоро свободой, какую Ваше Величество предоставили мне в этом отношении, если бы дом Наварры не требовал, ради моего здоровья и здоровья моих домочадцев, срочного ремонта.
Я собираюсь оставаться в Мальмезоне весьма недолгое время, вскоре я покину его и поеду на воды. Но пока я буду оставаться в Мальмезоне, Ваше Величество может быть уверено, что я буду жить там так, как если бы я находилась в тысяче лье от Парижа.
Я принесла огромную жертву, сир, и с каждым днем я все больше ощущаю ее истинный размер. В то же время эта жертва будет тем, чем должна быть. С моей стороны она будет абсолютно полной. Счастье Вашего Величества не будет омрачено никаким выражением моих сожалений.
Я буду непрестанно желать счастья Вашему Величеству, быть может, даже желать вновь увидеть Вас. Но Ваше Величество может быть уверено, что я намерена всегда уважать Ваше новое положение. Я буду чтить его в молчании. Исполненная веры в Ваши прежние чувства ко мне, я не буду требовать никаких новых доказательств и всецело положусь на Вашу справедливость и Ваше сердце.
Позволю себе испросить у Вашего Величества всего одной милости: чтобы Вы соблаговолили сами изыскать способ доказать мне и моему окружению, что я еще занимаю малое место в Вашей памяти и большое – в Вашем уважении и дружбе.
Этот способ, каким бы он ни был, смягчит мои тяготы, никоим образом, как мне кажется, не нарушив счастья Вашего Величества, оно для меня важнее всего.
Жозефина
Мой друг, я получил твое письмо от 19 апреля. Оно написано в неприятном настроении. Я все такой же. Такие, как я, никогда не меняются.
Не знаю, что мог сказать тебе Евгений. Я не писал тебе, потому что ты этого тоже не делала, но желал тебе всего, что может тебе быть приятно.
Я рад узнать, что ты едешь в Мальмезон и что ты довольна… И буду рад получать от тебя известия и сообщать тебе новости о себе.