– По-вашему? Ну, а по-моему, это мерзость и идиотизм.
– Ясно. То есть мне отвели всего-навсего роль гувернантки. Извините, Клэри, я не хотел.
– Хотели. Вы нарочно стараетесь вести себя так гадко, как только можете. А я-то считала вас
–
Она помнила, каким мрачным тоном он это произнес. И снова сгорбилась над головоломкой (за которую засела в тот же момент, как ее отец покинул комнату, а Арчи отправился проводить его), но он шагнул к столу и смахнул почти все детали на пол.
– Я отношусь к вам как к ребенку потому, что именно так вы себя и ведете. Хотите дружеского отношения с моей стороны – будьте любезны выслушать меня, черт возьми. Вы обошлись со своим отцом очень некрасиво, но полагаю, вы так поглощены собой, что даже не заметили этого.
– Вы тоже не очень-то любезничали с ним. Так что уж кто бы говорил!
– Да, согласен. Потому и говорю. А вам следует прекратить, Клэри.
– Прекратить что?
– Жалеть себя, заставлять других расплачиваться за ваши ошибки, ждать от них поблажек и не удостаивать даже объяснений, по какой причине. Вам пора прекратить
– О, премного благодарна за это. Значит, влюбиться в того, кто тебя не любит и не хочет от тебя ребенка, в итоге сделать аборт, – это, по-вашему, «нелегко»? Вы не имеете ни малейшего представления о том, каково это!
К тому моменту она уже расплакалась, но главным образом от негодования.
– Опять вы за свое! А теперь выслушайте меня – как вашего друга, вы же сами сказали, что хотите считать меня таковым. Вы влюбились в человека, который уже женат, что само по себе должно было настораживать, а он вдобавок оказался эгоистичным подонком. Вы решили не рожать ребенка, поэтому вам пришлось принять меры. Вы знали, что он ни в коем случае не собирается ради вас расставаться с женой, но вам хотелось считать, что это возможно. Да, вам
– А, так я вам надоела! Почему бы вам так и не сказать прямо – вместо того чтобы трусливой тварью ходить вокруг да около?
Это рассмешило его, на что она совсем не рассчитывала.