К исходу 26 марта войска 65-й и 2-й ударной армий генералов Ба това и Ф ед юни нского, прорвав оборону 2-й армии генерала Заукена 2 на всю ее глубину, просились в предместья Данцига. Во избежание бессмысленного кровопролития гарнизону порта был направлен ультиматум с предложением капитулировать. В случае его отклонения жителям рекомендовалось покинуть город. Не получив ответа на ультиматум, командующий 2-м Белорусским фронтом маршал Рокоссовский отдал приказ начать штурм Данцига.

В середине дня 29 марта, когда правофланговые войска 3-го Украинского фронта освободили Капувар, Кесег и Сомбатхей, а передовые отряды 1-го гвардейского механизированного и 18-го танкового корпусов генералов Руссиянова и Говоруненко пробились на австро-венгерскую границу, командующий 1-м Белорусским фронтом маршал Жуков по вызову Ставки прилетел в Москву. Пришло время обсудить план завершающей Берлинской операции.

Поздно вечером в тот же день, сразу после заседания ГКО, обсудившего ход восстановления важнейших народно-хозяйственных объектов в западных регионах страны и комплекс мероприятий по организованному проведению весеннего сева, Верховный Главнокомандующий принял маршала Жукова. Поздоровавшись, Сталин, будто продолжая только что прерванный в этом же кабинете разговор, сказаал:

- Судя по последним сообщениям, войскам союзников больше мешают разбитые дороги и грязь, чем слабая оборона немца. Рейн форсирован во многих местах без сопротивления. Сегодня союзники овладели Франкфуртом-на-Майне. Сейчас они близки к окружению Рура. Если это произойдет быстро, то Западный фронт немца рухнет.

- Ко всему прочему, союзники почему-то и нас пытаются ввести в заблуждение своей сомнительной информацией о возможных действиях немецких войск, - заметил Жуков.

- Что вы имеете в виду, товарищ Жуков? - Верховный остановился, искоса взглянул на собеседника.

Командующий 1-м Белорусским фронтом ответил:

- Я имею в виду ту оперативную информацию, которую начальник штаба американской армии Маршалл представил в наш Генштаб, товарищ Сталин, через военную миссию.

- Совершенно верно, - согласился Верховный и снова продолжил свои размеренные «челноки» вдоль кабинета. - Товарищ Антонов на днях направит американскому союзнику наш ответ. Пусть знают, что мы располагаем более достоверной информацией. Кстати, товарищ Жуков, как вы сами расцениваете противника на Берлинском направлении?

Командующий 1-м Белорусским фронтом извлек из портфеля «оперативку», разложил ее на столе перед Верховным. Сталин молча поизучал ее и сделал вывод: