— А что вы нукаете все время?

— Ну…

— Хватит! Игорь, доставай все. Понятые, внимание!

— Говно тоже доставать?

— На экспертизу.

Синявский натянул голубые латексные перчатки и полез под кровать. Выдрин растерянно смотрел на его откляченный тощий зад. Потом, чувствуя себя участником шизофренического представления, спросил:

— А в чем его обвиняют?

— Узнаете, когда вас вызовут, — сказал Черненко.

Синявский раскладывал в пакеты подкроватное содержимое. Шмурнов внимательно смотрел на кота.

— Где его документы?

— Да у него и не было никаких документов, — пожал плечами Выдрин.

— Совсем никаких?

— Ну… Извините. Есть ветеринарный паспорт.

— Сюда давайте.

Выдрин выдвинул ящик стола, порылся и достал синий буклетик. Шмурнов выхватил.

— Ишь ты! Диего, значит? В честь Марадоны, что ли?

— Нет-нет. В честь художника.

— Кастрирован? Ага, вижу. Прививки тоже…

Он убрал паспорт во внутренний карман.

— А, — сказал Выдрин. — А.