— Но почему мы не заходим в гостиницы?

— Я предлагал ему это, но он решил подождать Панафье — тот и возьмется за это.

— Но ведь мы достаточно хорошо одеты, чтобы иметь возможность попасть в любое место.

— Очевидно, дело не в одежде. Так как нам хорошо платят, мы должны подчиняться. Но я хотел бы, чтобы даже самый умный человек не смог отличить нас от светских людей.

— Мы будем прогуливаться целый день? — спросил Пьер Деталь.

— Нет. Вначале мы отправимся в Шале, там сыграем партию и немного выпьем, а когда наступит час прогулки, мы, как двое джентльменов, закурим сигареты и отправимся прогуливаться по обе стороны дороги, заглядывая в проезжающие экипажи. Вот и все!

— Значит, мы не вернемся в отель завтракать?

— Нет, ведь я сказал уже тебе, что мы будем завтракать в парке Золотой головы. Воображай, что ты получаешь двадцать тысяч годового дохода. Мы выпьем в парке хорошего вина и ликера.

— В таком случае — идем.

С готовностью взяв своего друга под руку, Деталь еще больше сдвинул на затылок свою шляпу, итак каким-то чудом державшуюся на его голове.

Приятели уже два дня прогуливались по Лиону. Винсент не сообщил им, что Панафье уже приехал и осмотрел все гостиницы, но безрезультатно — он ничего не нашел.

По его совету Винсент отправил приятелей в парк Золотой головы.

Так как Андре делать было нечего, то Панафье думал, что он отправится вдвоем с Нисеттой в любимое место прогулок лионцев.

И Панафье оказался совершенно прав.

Ладеш и Деталь, приехав в парк Золотой головы, отправились в кафе. И когда их завтрак близился к концу, перед дверями кафе вдруг остановился экипаж, из которого вышли двое.

— Черт возьми! Вот они. Потри нос салфеткой, а то они сюда смотрят, — вскричал Ладеш.

Деталь закрыл нос салфеткой, а сам Ладеш в это время нагнулся пониже над тарелкой.

Действительно, из экипажа вышли Андре и Нисетта, которые приехали обедать в Шале. И Нисетта, и Андре казались очень веселыми, и каждый, кто смотрел на них, думал: "Вот счастливая пара!"

Андре казалось, что он оживает. Он считал себя в безопасности и не боялся преследований.

Выходя на террасу первого этажа, он прошел мимо двух друзей, не взглянув на них. Они услышали, как Нисетта говорит: