Арсений вовсю летал по катку, позабыв о том, что нужно беречь силы: не просто носиться, а разминаться. Чувство полета, что дарят коньки, воодушевляло пацана – он хотел делать это снова и снова. Мысли об играх с заполненными до отказа трибунами и дружной командой настолько его занимали, что он не сразу услышал голос отца, призывающий не маяться дурью, а заняться делом.

Отец обозначил план тренировки. Маленький энергичный хоккеист одобрительно постучал клюшкой по льду, сигнализируя о своей готовности.

Он смаковал каждую секунду тренировки на воздухе и не хотел, чтобы занятие заканчивалось. Отец периодически спрашивал, устал ли сын, но тот продолжал настаивать на продолжении.

– Давай хоть минуту на лавочке посидим?

– Нет, сам сиди, – разбирая игры «Металлурга», что показывали по телевизору, мальчик понимал, что плохо протирать лавку, когда все действо происходит на льду, даже если передышка необходима, чтобы перевести дыхание и восстановить силы.

Владение снарядом и технику катания они отрабатывали усиленно. Нужно суметь завладеть шайбой, развить приличную скорость, чтоб никто не догнал, точно бросить по воротам и удержаться на ногах, если к тебе применили силовой, а также дать в морду, если применили его чересчур грубо. Старались оба. Отец хотел быть не тренером, а именно отцом, который поможет, подскажет, научит и не станет ругать, если чего не выходит, а объяснит, даже если на все уйдет миллион подходов, которые давно бы вывели из себя самого терпеливого детского тренера. Арсений впитывал все как губка и старался не разочаровывать отца, усваивать все уроки.

По прошествии времени настрой у мальчика не пропадал, но он чаще стал падать, а ноги бежали уже не так резво.

– Думаю, на сегодня хватит.

– Нет, папа! – стукнул коньком по льду Арсений и надул губы.

– Ты чего, нюни хочешь распустить? Как девчонка-фигуристка?

– Если я не буду тренироваться, то не буду лучше всех и меня выгонят. И я не стану… – вещал с придыханием ребенок.

– Мера, сынок. Во всем нужно знать меру. Вот что делает простых игроков настоящими чемпионами.

– Ну еще один разок, папа, пожалуйста, – Арсений словно молил отца.

– Ладно, но только недолго.

– Ура!

– Но если ты хоть раз упадешь…

– Вот еще, – весело фыркнул пацан.

– Давай в центральный круг, – разметки там, естественно, не было – центр определяли на глаз.

Митяев-старший схватил в руки фанерку, на которой фломастерами нарисованы мишени. Он выкатился на место предполагаемых ворот, присел, крепко удерживая фанерку, и крикнул сыну, что стоял на другом краю поля и пытался сладить с шайбами у ног: