Юный нападающий приземлился на лавочку и, пока отец не видит, стал глубоко и часто дышать, чтобы нормализовать дыхание и сердцебиение. Мальчуган жутко устал, а еще ведь нужно ногами до дома дотопать. Мама наверняка уже состряпала что-нибудь вкусненькое. Спать он явно будет без задних ног.

Он потянулся к рюкзаку, как позади тихо прозвучал незнакомый голос. Арсений уверен, что, когда он подъезжал к лавке, вокруг никого не было. Мальчик замер от страха, а больше – от неожиданности.

– Можно присесть? – спросил Человек – с виду молодой человек, возникший будто из воздуха.

Сеня молча кивнул и опасливо посмотрел в сторону отца, что катался по льду, собирая разбросанные шайбы. Отец будто бы и не видел незнакомца, что сел на лавочку рядом с его сыном. Пацан знал, что с чужими разговаривать не следует, но он же не из робкого десятка. К тому же поблизости отец, а в Человеке есть что-то знакомое и успокаивающее, словно Арсений давно его знает, но видит впервые: очки, зачесанные вправо волосы, серо-зеленые глаза, взвинченный нос, несколько выпирающие щеки, черные брюки и пальто, шарф с орнаментом и кожаные перчатки, сдержанная выправка, всезнающий и гипнотический взгляд, легкая небритость.

– Папа, должно быть, гордится тобой. Ты отлично катаешься, – Человек приметил гордость на лице мальчика от столь лестного комплимента.

– А вы чего не катаетесь, раз пришли?

Человек подумал: «Даже не стесняется, несмотря на относительно небольшой возраст».

– Я не умею, – вздохнул незнакомец.

– Хотите научу?

– Научишь? Правда? Ты ж еще…

– Меня папа учит. Я могу его попросить. Он много упражнений знает… как на настоящих тренировках.

– Мама, наверное, души в тебе не чает.

– У меня лучшая мама на свете. Так что, учиться будете? Папу позвать?

– Хм, у меня и коньков нет.

– Кто ж на каток без коньков приходит?

– Зрители, наверное.

– Трусите?

– Нет-нет. Просто спорт – это не мое. У меня другое предназначение.

– Какое?

– Учеба, скорее всего.