— Этих подсчетов нет.

— Ага! — усмехнулся Киров. — Значит, вопрос решался односторонне. А ты эти сведения потребуй от тех, кто делал расчеты. Заставь это сделать в срочном порядке. И пусть подсчитают время, которое потребуется на перевоз промышленности и на строительство новых заводов и городов. И пускай прикинут, во что это выльется... И еще важно подсчитать, сколько и какой продукции за эти месяцы или годы не додаст ленинградская промышленность народному хозяйству. Да, да! Уж если подсчитывать, так подсчитывать! Эти сведения мне нужны срочно, немедленно. Я поеду с ними в Москву. Мы должны разбить, как разбили оппозицию, эту вредную теорию затухания промышленности Ленинграда.

Киров встал, в раздумье прошелся по кабинету и опять сел к столу.

— Ну-ка, скажи, сколько процентов всей промышленной продукции страны дает Ленинград? Об этом не подумали наши статистики?

— Имеются такие сведения, — Комаров посмотрел в бумаги. — Одну седьмую часть.

— Седьмую часть! Каково?

— А по машиностроению почти четвертую часть — двадцать четыре процента, — пояснил Комаров.

— Вот видишь!

— По электротехнической — половину! — добавил, воодушевляясь, Комаров. — А турбины и тракторы делаем только мы.

— Так как же можно говорить о свертывании или затухании промышленности Ленинграда? Это же бредовые, если не сказать вредительские, идеи... Готовь материалы, Николай Павлович, и я немедленно выезжаю в Москву.

Комаров поднялся.

— Погоди уходить! — остановил Киров. — Еще поговорим. Главный козырь противников промышленного развития Ленинграда в том, что город задыхается без топлива.

— Да, так...

— Мы разобьем эти доводы. Уже близко к завершению строительство Волховской гидроэлектростанции. Мы получим дешевую энергию. Мало будет — построим еще одну гидроэлектростанцию. А торф? Ленинград же стоит на болотах. Торф — вокруг! Только копни! А гдовские сланцы? Ведь еще Ильич в голодное время дал директиву к их эффективной разработке. Мы, наверное, сможем обходиться без донецкого угля и будем завозить лишь кокс. А может быть, и руду найдем где-нибудь в Карелии, под боком у заводов. Мы не дадим превратить Ленинград в мертвый город. Мы сделаем его арсеналом индустриализации, форпостом социализма!..

— Я согласен! Я полностью согласен с вами, Сергей Миронович. Я сердцем болею за Ленинград, но ведь главные-то противники развития Ленинграда сидят в Москве, и с ними не так просто бороться. Они будут бить нас фактами.

— Какими фактами?

— А такими... — Комаров уткнулся в бумаги... — Они нам прямо скажут, что мы разоряем страну. Что мы завозим коксующийся уголь из Англии, из Кардиффа, и платим за него валюту. Да, да, валюту, которой не хватает на покупку машин и станков.