Шлем Вам и семье Вашей наши сердечные приветы.

303 Н. К. Рерих — М. А. Таубе

303

Н. К. Рерих — М. А. Таубе

№ 8

18 февраля 1932 г. «Урусвати»

18 февраля 1932 г. «Урусвати»

Дорогой Михаил Александрович,

Почта от 16 и 17 февраля не принесла нам никаких писем из Парижа, и это обстоятельство причинило нам неизбежное беспокойство. Помимо того, что г-жа де Во уже могла неделю тому назад ответить на мое письмо от 4 янв[аря] (воздушная почта к Парижу идет 11 дней), но она уже могла ответить и на мое письмо, посланное после 12 янв[аря] о прискорбной Дедлеяде. Не знаю, пересылают ли Вам мои письма в Германию, и не знаю, когда именно Вы вернулись после чтения лекций в Мюнстере, но надеюсь, что мои семь писем не пропали в пути, хотя все они и были заказные. Вместо писем, так жданных из Парижа, мы получили письма из Америки, причем при письме мисс Грант была приложена копия ее ответа на, очевидно, уже вторичное письмо г-жи Дедлей. В моих предыдущих письмах, как Вы знаете, я очень беспокоился тем обстоятельством, что именно г-жа Дедлей, известная по своему болезненному состоянию, была вовлечена в орбиту действий. Мы сразу поняли, что такая деятельница доставит не только хлопоты, но и бесконечную и прискорбную для истории дел переписку. Из полученной нами копии [письма] мисс Грант к г-же Дедлей видим, что эти опасения оправдались. Уже в последующем своем письме г-жа Дедлей обвиняет мисс Грант как редактора Бюллетеня в помещении фотографии дома, где помещается наш Европейский Центр. Мисс Грант совершенно основательно[1008] и с большим терпением и достоинством отвечает г-же Дедлей, что означенная фотография была получена редакцией Бюллетеня из Парижа с собственноручною надписью Ген[ерального] секретаря Центра. Мисс Грант не была в этом помещении Центра, и потому обвинять ее в сознательном извращении фактов было бы совершенно несправедливо и недопустимо. Спрашивается, что же хочет добиться г-жа Дедлей, которая вместо широкого строительства может усматривать и заниматься лишь мескинными[1009] подробностями? Такое отношение уже не будет дружественным сотрудничеством, а будет каким-то злостным сыском, который пусть приличествует озлобленным невеждам и завистникам, желающим отвлечь внимание от строительства и истинных накоплений и устремить сотрудников к разрушительной взаимокритике, очернению и умалению.

Но не осуждением живем. Строители должны исполниться тем духом созидающим, который позволит им, благостно улучшая и исправляя, идти к следующим ступеням. Посмотрим, так ли точны факты г-жи Дедлей, как она того якобы желает. Она пишет об отрицательном отношении к нам в Латвии, между тем мы знаем о присоединении Латвийского министерства к Пакту, и мы совершенно отказываемся допустить, что доктор Лукин, сообщающий нам ряд положительных фактов, стал бы скрывать от нас какое-либо недоброжелательство; тем более что мы немедленно расшифровали бы причины его возникновения. Во имя точности хотелось бы вполне исследовать, что имеет в виду г-жа Дедлей, когда она говорит о Латвии. Может быть, все это опять основано на сплетнях какого-либо субъекта, недоброжелательством которого мы должны лишь гордиться.