ДОВЕРИТЕЛЬНО

Родной наш Александр Михайлович,

Пишу Вам очень спешно, ибо вчера получилось от одного из дал[ьне]вос[точных] корреспондентов сообщение, записку из которого считаю долгом своим совершенно доверительно послать Вам.

Из этого сообщения видно, что в Ш[анхае] произошло самое худшее, что можно только себе представить. Если бы мы услышали, что где-то приглашен для прочтения лекций мракобес Васька Иванов, и то можно бы себе задать вопрос, зачем это сделано — может быть, для ознакомления со всею глубиною его темного мышления. Но в данном случае произошло нечто худшее самого худого. Вошел волк в овечьей шкуре для настоящего и неограниченного вредительства.

Вы писали о сношениях с Ш[анхаем]. Затем Писарева из каких-то переданных ей Ваших слов запрашивала о каком-то русском оккультном центре в Ш[анхае], с которым точно бы предлагалось установить объединение. Ввиду таких обстоятельств и зная, что лица, указанные в прилагаемой выписке, так или иначе в Ш[анхае] участвуют, считаю своим неотложным долгом предупредить Вас.

Вредитель, упомянутый в выписке, — весьма опытный злотворитель[542]. Во время харбинской травли он принимал участие в самых непозволительных и вредительских выражениях. Отказываюсь допустить, каким образом С[альников], продолжающий писать мне выспренные письма, может приглашать явного вредителя и предателя. Каждое сотрудничество с предателем делает и всех сотрудников предателя — сопредателями.

Со своей стороны я, конечно, уже не могу доверчиво относиться к группе, в которой завелись такие волки в овечьих шкурах. Вполне естественно, глубокие вредители обратят сугубое внимание и на Ваше полезное издание, и потому не теряю ни дня, ни часа, чтобы предупредить Вас о непоправимо случившемся в Ш[анхае]. Имейте в виду, что корреспондент — автор выписки — является лицом гораздо более дельным и осведомленным, нежели С[альников].

Очень поучительны сообщения о суде над Шаляпиным. Только подумать, что извращенное мышление может доходить до таких чудовищных пределов! Также неплохи сведения о вредительской деятельности епископа Виктора. Удивительно, насколько все такие темные попытки так скоро выявляются во всем своем безобразии. Вы, знающий теперь многие детали, особенно оцените такие характеристики людей, дерзающих именовать себя священнослужителями.

Также прилагаю для Вас выписку из одного моего недавнего письма. Вы улыбнетесь всем эти выдумкам, с которыми приходится встречаться и в устных беседах, и на страницах прессы. Удивительно наблюдать, как извращенно движется темное мышление — оно не остановится ни перед чем. Если даже оно понимает безнадежность своих выдумок, то все же будет уснащать их всякими неправдоподобностями. Совершенно так же темная техника выявляется и в преступных действиях Хоршей в Нью-Йорке. Именно какой-то неудержимый поток мерзких измышлений и клевет.