«…Это пальцы принцессы. Пальцы, созданные для тончайшего рукоделья и любви. Их первое призвание – ласка. Их дело – ласкать любовников, то нежно, то грубо. Вдыхать новые силы в мужчину, изнемогшего от бурной страсти… И бурной и необузданной. В меру извращенной. Но непременно извращенной…»

Он смотрел в потолок. По-прежнему грустный. Машинально перебирал ее пальцы. Сорру чувствовала, что он где-то в другом месте. Не могла не чувствовать, ибо научилась наблюдать за мужчинами и по незначительным изменениям выражения лица определять настроения. Научилась этому против своей воли, как учится молодая львица добывать пищу, развивая в себе нюх и величайшую чуткость ко всякого рода шорохам и пискам.

Она не выдержала и спросила его:

– Ты, кажется, недоволен, что я пришла сюда… Может, нездоров?

– Угадала.

– Нездоров, значит?

– Да. Но это – особая болезнь.

– Какая же?

– Даже не болезнь.

– А что же?

– Как объяснить тебе, Сорру? Особое состояние души, когда вроде бы ничего и не болит, но все тело ноет.

– От этого есть хорошее средство, Тихотеп.

– Вино?

– Да.

– Нет, Сорру, оно не поможет.

– Почему?

Он прикрыл глаза, не переставая перебирать ее пальцы. Потом сжал их немного… Чуть сильнее. Еще сильнее.

– Не больно, – сказала Сорру.

Ваятель тотчас выпустил руку.

– Я же сказала – не больно.