МЭРИЛИН. Кого? С какой стати?

Т. К. Кто-то из обозревательниц – я думаю, Килгаллен – напечатал анонимную статейку, где говорилось примерно следующее: «По слухам, миссис Димаджо имела свидание с нашим главным телевизионным магнатом, причем обсуждались отнюдь не деловые вопросы». Она статью прочла и поверила.

МЭРИЛИН. Чему поверила?

Т. К. Что у ее мужа с тобой роман. У Уильяма С. Пейли. Главный телевизионный магнат. Неравнодушен к блондинкам с формами. К брюнеткам тоже.

МЭРИЛИН. Но это бред. Я его никогда не видела.

Т. К. Перестань. Мне ты можешь сказать. Этот твой тайный возлюбленный – Уильям С. Пейли, n’est-ce pas?

МЭРИЛИН. Нет! Писатель. Он писатель.

Т. К. Да, это правдоподобней. Итак, кое-что уже есть. Твой возлюбленный – писатель. Халтурщик, должно быть, – иначе ты не стыдилась бы назвать его имя.

МЭРИЛИН (с яростью). Что там значит «С»?

Т. К. «С»? Какое «С»?

МЭРИЛИН. «С» в Уильяме С. Пейли.

Т. К. А-а, это «С». Оно ничего не значит. Он вставил его для виду.

МЭРИЛИН. Инициал – и под ним никакого имени? Ты подумай. Видно, не очень уверен в себе мистер Пейли.

Т. К. Да, у него сильный тик. Но вернемся к нашему загадочному писаке.

МЭРИЛИН. Прекрати! Ты не понимаешь. Для меня это очень важно.

Т. К. Официант, пожалуйста, еще бутылку «Маммс».

МЭРИЛИН. Хочешь развязать мне язык?

Т. К. Да. Вот что. Предлагаю обмен. Я расскажу тебе историю, и, если сочтешь ее интересной, мы обсудим твоего писателя.

МЭРИЛИН (борясь с искушением). О чем твоя история?