Чекисты, сев в кабину инкассаторского броневика, быстро развернули его и подъехали задом к раскрытым дверям. В салон вертолета запрыгнул Владис и со свойственным ему проворством стал подавать им вооружение. Первым пошел тяжелый длинноствольный крупнокалиберный пулемет «корд», затем снайперский автомат с черным набалдашником пламегасителя, напоминающим глушитель. Затем коробки с пулеметными лентами, сумка со снаряженными магазинами, приборы ночного видения, радиостанция. Последним был прибор лазерного наведения в большом титановом футляре. Сверху были брошены три комплекта маскировочных халатов, похожих на кучи нейлоновых листьев. 

— Ну, все готово, — крикнул Улнис водителю броневика, перебираясь в машину и закрывая задние двери. 

— Можем взлетать, — сказал командир вертолета, когда инкассаторский броневик выехал за ворота аэропорта. 

С первой электричкой Артур Айзек покинул столицу, его путь лежал на восток. За несколько дней он должен будет добраться «на перекладных» до Челябинска. Дальше, сменив внешность на идентичную фотографии на одном из паспортов, уже комфортабельно выехать поездом в Иркутск. А оттуда в тайгу, в глушь (там была у него заранее припасена «норка»). Год, может, больше, отсидится, а когда шумиха начнет стихать, он выберется на свет и... Надежный загранпаспорт у него есть, счет в люксембургском банке тоже, да и, кроме того, сам он парень не промах, устроится на любом месте как надо. 

Все рассчитал бывший офицер КГБ и теперь уже бывший резидент ГУБОПа. Не учел только одной вещи — пролитой крови товарищей по службе. Она взывала к отмщению... 

ГУБОП, как гигантский паук, при помощи щупалец региональных управлений по борьбе с организованной преступностью плел паутину для беглеца. В нее входили не только оперативники этих управлений, но и их агентура, а также все отделы местного МВД и, соответственно, сеть их тайных осведомителей. Паутина получилась густой и липкой, сквозь такую не проскочишь. 

Ничего этого Айзек не знал. Сменив паспорт, он даже не стал сильно изменять внешность, считая: чем дальше от столицы он заберется, тем меньше вероятность быть опознанным. 

Теперь уже выбора у боевых пловцов не было, всплывать приходилось в гавани, несмотря на охрану и системы безопасности. 

Они вернулись на большую воду в центре бухты. Первый, отключив налобный фонарь, стал всплывать к поверхности. Его маска была оснащена специальным перископным устройством наблюдения, позволяя не всплывать самому. 

Часовых было трое. Двое находились у входа во внутренний двор крепости, третий сидел на корме крайнего к морю катера; свесив ноги за борт, он курил.