— Как фамилия того подполковника? — быстро, пока старлей не успел ответить, спросил второй полковник, который был возрастом постарше.

— Запоминающаяся какая-то. Необычная. Что-то с Сирией связано.

— Бармалеев?

— Вот-вот. Точно. Бармалеев, товарищ полковник.

— Надул тебя подполковник. Пошутил он, — сказал майор ВДВ, звякнув медалями.

— Нет. Подполковник Бармалеев начисто лишен чувства юмора. Он шутить не обучен, — не согласился полковник, тот, что был возрастом постарше. Это и был сам Прохоров. — Вы идите в столовую, а я позже пообедаю. В объединенный штаб съезжу к Сумарокову. И захвачу с собой то, что мне сегодня Бармалеев дал. Приятного аппетита вам! — Прохоров похлопал себя по карману кителя, словно проверил его содержимое.

Второй полковник вместе с майором ВДВ пожали плечами и продолжили путь в сторону офицерской столовой, а Прохоров направился к недалекой парковке, где тесно стояли бронетранспортеры, и забрался в свой персональный. Мимо инспектора ВАИ он проехал не быстро, а когда догнал своих коллег, успел разогнаться и обдал полковника и майора воздушно-десантных войск облаком пыли.

— Хоть бы немного подвез, — проворчал майор, вороша дорожную пыль тросточкой.

— Торопится, — ответил второй полковник и оглянулся — нет ли кого рядом. После чего добавил: — Выслужиться хочет.

* * *

Подполковник Бармалеев тем временем вынужденно сбросил скорость. Во-первых, его вынудила сделать это каменная гряда, на которую круто взбиралась дорога. А во-вторых, новый шлем подполковника лежал на соседнем сиденье, и его гарнитура издавала призывные звуки — кто-то нервничал на связи, требуя разговора с подполковником. Сначала один человек, потом другой, у которого терпения было больше.

Надевать шлем на голову, чтобы ответить, одной рукой было неудобно — мешала повязка. Пришлось скорость сбросить до минимальной, что позволило надеть шлем без угрозы потери управления бэтээром.

— Командир, товарищ подполковник… — проговорил голос в наушниках шлема.

— Здесь я, здесь, на связи, старлей…

Из всех офицеров батальона чаще других звал подполковника просто «командиром» старший лейтенант Соловейчиков. По его обращению Бармалеев его сразу и узнал.

— Это ты?

— Я, командир. А я уж, грешным делом, подумал, что опять связь барахлит, пропали вы куда-то, — сообщил командир саперного взвода.

— А что ты хотел? — спросил Бармалеев. — Есть какие-то срочные дела?

— Полковник Скорокосов желал с вами поговорить. И для того даже забрал шлем с гарнитурой и КРУС у раненого Кичогло. Но добраться до вас не сумел. Двадцать минут, говорит, вызывал.