— Иду. — буркнул я, сворачивая в нужную сторону. — Сценарий, называется! Где они там нашли сценарий?

На первом этапе съемочного процесса проводились обычные схватки. Просто — один на один в каких-нибудь декорациях, как у нас с Бестией сегодня. Так зрителям показывали боевые возможности участников, давая возможность выбрать, за кого они будут болеть.

Дальше сценарий усложнялся и начиналась, собственно, игра. Вторым туром шла так называемая Мясорубка, где всех участников забрасывали на здоровенную локацию, где они должны будут сражаться за территорию, ресурсы и очки.

Те, кто в ней выжил, формировались в группы «героев» и «злодеев» — выбор зависел от голосования зрителей и организаторов шоу, после чего начинался групповой этап — «Король горы». При этом, сражения не становились собачьей свалкой. Как и в самом начале драки шли один на один, максимум — три на три человека. Просто победа любого героя шла в зачет его стороне, а злодея — его.

Последний, четвертый этап, назывался «Нашествие». В нем группировки, очищенные от шлака и полных неадекватов, забрасывались в какой-нибудь город, где продолжали весело бить друг другу морды, попутно разнося муниципальную собственность. «Нашествие» было самой любимой зрителями частью шоу. Там уже создавалась имитация обычной жизни, неотъемлемой частью общества в котором являлись суперы.

Злодеи грабили банки, захватывали заложников, устраивали диверсии, а герои должны были все это разруливать. Как по мне — идиотизм полный, но местные просто тащились от такого. Понятно, что все шло по сценарию и гибель гражданского могла произойти лишь совершенно случайно, но это только добавляло шоу огонька.

А вот смертность среди участников была высокой. Причем, на всех этапах. Заключая договор с корпорацией «Мета», я подписывал отказ от претензий, если моей жизни или здоровью будет нанесен ущерб. Максимум, мог рассчитывать на какие-то компенсации — тем более существенные, чем выше я забирался по турнирной таблице.

Пока же меня ждала простая драка. Но и в таком банальном деле имелись нюансы.

— Дикарь! — воскликнул режиссер, когда моя немаленькая фигура закрыла его от солнца. — Где ты шляешься? У нас съемки через десять минут!

Отвечать на вопрос не требовалось. Мистер Блэр, сухощавый и невероятно подвижный очкарик, говорил не для того, чтобы выслушивать оправдания. Скорее всего, он находил свой голос чарующим, и просто млел, когда его слушал. Только так можно было объяснить его болтливость и полное игнорирование слов собеседника.

— Ты помнишь сценарий?

— Да.