Йен стоял у окна, размеренно куря сигарету, выпуская клубы дыма, которые медленно окутывали пространство, как та тьма, которая окутала ее душу. Вивиан едва могла повернуть голову, ее мышцы были измотаны, каждое движение доставляло боль. Но все, что она могла, – это смотреть на него, слабо зацепившись за реальность, которую он ей навязал.

Йен не спешил. Он был спокоен, его лицо – незаметно, его выражение – холодное. Он казался таким же чужим, как и все, что происходило вокруг. Он просто стоял, иногда поглядывая на Вивиан, но не тем взглядом, который она когда-то видела, – интересующимся, заботливым или хотя бы сочувствующим. Нет. Его глаза были невыразительными, как если бы Йен наблюдал за чем-то далеким, что его не трогало.

– Я ведь предупреждал тебя, что поймаю, – сказал он наконец, его голос был равнодушным, как если бы мужчина говорил не с человеком, а с предметом, с которым нужно было подытожить завершенное дело. Он потушил сигарету, оставив в воздухе еще несколько клубов дыма, которые плотно заполнили пространство.

Вивиан не ответила. У нее не было сил. Она не могла думать, не могла отвечать. Даже если бы и хотела, ее слова просто не рвались на свободу. Она ощущала лишь глубокую пустоту, которая пронзала ее изнутри, оставляя только холодное отчаяние и беспомощность.

Не было смысла говорить. Она это знала. Каждое слово, каждое движение – все бессильно перед тем, что произошло.

– Иди в душ. Мы скоро продолжим, – его голос был холоден, и эти слова прозвучали как приказ. Йен произнес их таким тоном, что Вивиан буквально почувствовала, как воздух вокруг стал еще более тяжелым. Она вздрогнула, но не встала, не послушалась его. Вместо этого, словно пытаясь скрыться от всего происходящего, еще сильнее закуталась в одеяло. Но этот жест, возможно, последний, на который она решилась, только разозлил его.

Йен сделал несколько шагов в ее сторону, и Вивиан услышала его шаги, тяжелые и уверенные, как предвестие того, что ее сопротивление не имеет значения. Она уже знала, что он не оставит выбора, что ее желания не имеют силы против его воли.

– Нет! Я не хочу больше! Оставь меня в покое, пожалуйста! – Вивиан вырвала эти слова с усилием, ее голос был подавлен отчаянием, но в нем все же звучала слабая надежда, что хоть что-то остановит его. Она не хотела идти в душ, не хотела больше этого. Но ее слова словно, не доходя до его сознания, просто растворялись в холодной пустоте.

Йен не слышал ее, не замечал ее боли. Он не спешил, но его действия были точны и решительны. Он подошел к Вивиан, схватил ее за руку, с силой вырывая из укрытия одеяла, и, не давая ни малейшего шанса на сопротивление, потянул ее к ванной комнате. Она пыталась вырваться, но его хватка была непреклонной, как оковы. Вся ее борьба казалась бессмысленной, и Торн знала, что не сможет победить его.

Йен затащил ее силой в ванную, ее тело сопротивлялось, но его хватка была непоколебимой, как железный обруч. Вивиан пыталась вырваться, пыталась найти хоть каплю силы, чтобы противостоять, но ее силы были на исходе. Его шаги звучали тяжело и решительно, как приговор, который она не могла избежать. Он вытолкнул ее под струи холодной воды, не давая возможности даже вздохнуть.

Душ был включен на полную мощность, и холодный поток воды сразу накрыл ее, словно ледяная волна. Вивиан вздрогнула от резкости, ее кожа буквально запылала от холода. Она вскрикнула, и звук ее голоса, смешавшийся с шумом воды, затонул в ванной, как будто не было больше ничего, кроме этой ледяной реальности. Она попыталась прикрыться руками, словно это могло остановить его, но это было бессмысленно. Вода катастрофически хлестала по телу, заставляя ее задыхаться, и холод проникал в самые глубины ее души.

Йен стоял перед ней, его лицо было бесстрастным, как всегда, его глаза не выражали ни сострадания, ни злости – только холодную решимость. Он смотрел на нее как на что-то, что нужно было привести в порядок.

– Я сказал тебе идти в душ! Значит, надо идти в душ! – Его голос был низким и строгим, как железный замок, который не может быть взломан. Его слова были как приговор, который она должна была исполнить, даже если ее тело отказывалось слушаться.

Вивиан пыталась бороться с потоком воды, но с каждым вдохом ей становилось тяжелее. Холод пронизывал до костей, и даже ее отчаяние было заблокировано этим постоянным шумом воды, который заглушал ее мысли. Она задыхалась, хватала воздух, пытаясь найти в себе силы для сопротивления, но не могла.

В ванной, где холодная вода, словно ледяной нож, безжалостно хлестала по ее телу, Вивиан вдруг услышала грохот снаружи. Это был странный, неожиданный звук, как если бы что-то разрушалось или ломалось. Она с трудом попыталась уловить суть происходящего, но мгновенно почувствовала, как поток воды прекратился. Ледяная вода больше не касалась ее тела, и Йен, который только что стоял перед Вивиан с безжизненным взглядом, резко вышел из ванной. Вода продолжала шумно падать на плитку, но все внимание теперь было на том, что происходило за дверью.

Затем послышались громкие шаги и голос, полный ярости:

– Кто вы такие?! – крикнул Йен, не понимая, что происходит, не ожидая нападения.

И тут же получил ответ:

– Мы – «Адские псы», ублюдок! – Прозвучал голос Алистера, полный презрения и силы. Он, как всегда, был наготове, его слова не оставляли сомнений в намерениях.

В этот момент последовали удары – сначала мощные, глубокие, словно сотрясавшие землю. Йен кричал, но его голос терялся в грохоте. Он был сбит с ног, и с каждым движением этих людей его власть, его контроль над ситуацией таяли, как снег под палящим солнцем.

– Где Вивиан?! – спросил кто-то из нападавших, и этот вопрос заставил сердце девушки замереть, а она, подбежав к двери, медленно вышла из комнаты, не веря своим глазам. Она чувствовала, как дрожат ее ноги, и даже не могла сразу понять, что происходит. Это все казалось нереальным, как в плохом сне.

На пороге стояли Макс, Саманта и Алистер – те, кто был рядом с ней, но не в этот момент. Макс и Саманта с оружием, нацеленным прямо на Йена, стояли как скала, готовые защитить ее до последней капли крови. Алистер, не теряя времени, уже сбил Йена с ног, и издалека можно было слышать звук удара.

– Вивиан, – обеспокоенно сказал Броди, его голос звучал так, словно он только что прошел через настоящий ад, но теперь его единственная цель была помочь ей. Он оттолкнул Йена в сторону и подбежал к Торн.

Вивиан не могла поверить своим глазам – спасение пришло. Но ее эмоции, подавленные болью и страхом, взорвались. Слезы хлынули рекой, и она рухнула на пол, не в силах встать. Все, что она пережила, все эти ужасы, растворились в том моменте. Она спасена.

Тем временем Йен попытался сбежать. Но его движение остановили Макс и Саманта.

– Куда собрался, малыш? – ухмыльнулась Сэм, ее голос был полон презрения и злости. Она ударила Йена ногой в живот, и он согнулся, едва сдерживая боль.

Вивиан сидела на полу, ее тело все еще трясло, но теперь это был другой страх, страх, от которого можно было освободиться.

Алистер снял с себя черную кожаную куртку, она была слегка помята от напряженных действий, но он не думал об этом. Без единого слова аккуратно накинул ее на плечи Вивиан, как будто пытаясь защитить ее от всего, что произошло. Хрупкие плечи девушки теперь скрывались под тяжестью ткани, но этот жест был чем-то большим, чем просто предоставление тепла. Это символ его заботы, его вины и его чувства ответственности за нее.

– Прости меня, прости, что так поздно. – Его голос был тихим, полным искреннего сожаления. Алистер обнял ее так, будто она была самым хрупким и ценным существом на свете. В его объятиях Вивиан почувствовала не просто физическую поддержку, но и что-то гораздо большее – огромную силу, которая была готова защитить ее от любого страха.

Торн не смогла ничего сказать в ответ, просто стояла, сдерживая слезы, в его руках. Она чувствовала, как ее тело начинает расслабляться, как твердое, но теплое прикосновение Алистера стирало все ужасные воспоминания последних минут. Он помог ей подняться, мягко отведя ее от пола, как будто боясь, что она снова упадет.

– Пошли отсюда. – Его голос был решительным, но в нем также звучала нежность, которая словно обвивала ее, давая силу двигаться вперед. Алистер приобнял девушку за плечи и повел к выходу. Каждый шаг, который они делали, был полон какого-то молчаливого согласия, что теперь все будет иначе. Он был ее щитом.

Вивиан едва ли могла удержать мысли, когда ее глаза случайно встретились с фигурой Йена. Он стоял, удерживаемый Максом и Самантой, его взгляд был беспомощным, словно мужчина не понимал, что произошло и что с ним будет. Вивиан остановилась на мгновение, ее дыхание сбилось.

– Подождите, что вы будете с ним делать? – Ее голос дрожал от эмоций.

– Мы убьем его, – ответил Макс, не скрывая своих намерений. Он был настроен решительно, как всегда, когда речь шла о справедливости и мести.

Саманта стояла рядом, ее лицо не выражало ни сожаления, ни страха. Она была спокойна, как всегда, но ее слова прозвучали с добавлением некоторой провокационной иронии.

– У тебя есть идея получше, дорогая? – Ее взгляд был немного насмешливым, но в нем тоже была скрыта опасность. Вивиан почувствовала, как ее реакция начала медленно обретать форму.