Молодой человек посмотрел на водителя, усевшегося рядом. Тот снова глянул на часы и кивнул. Парень передал ему рюкзак. Бородач вытащил из него ноутбук, поднял крышку и нажал пусковую кнопку.

Ноутбук тихонько загудел, разогреваясь. Дождавшись, когда загрузится операционная система, мужчина с бородкой извлек из кармана похожий на флешку модуль и воткнул в боковой разъем.

— Абдулла, а может, не надо? Там ведь такая система безопасности! Пентагон отдыхает! Мигом вычислят — даже на шоссе выехать не успеем!

Абдулла снисходительно посмотрел на собеседника — мол, тоже мне, повод для волнений. Поерзал на сиденье, устраиваясь поудобнее. Потом его пальцы забегали по клавиатуре, демонстрируя неожиданную быстроту и ловкость. Молодой человек, хотя и явно нервничал, с интересом наблюдал за действиями Абдуллы. Похоже, тот где-то долго и упорно практиковался — длинные комбинации символов бородач (которому, казалось, больше подошли бы камуфляжная униформа и автомат) вбивал в адресную строку за считаные секунды. Казалось, что в паузах пальцы Абдуллы замирали над клавиатурой на целую вечность — по сравнению с этими секундами. Видимо, соединение устанавливалось через анонимные ресурсы, обегая на пути к цели половину земного шара. На дисплее мелькали какие-то цветовые пятна — под тем углом, который был ему доступен, парень ничего не мог разглядеть. И вдруг Абдулла, не отрывая взгляда от экрана, протянул к нему руку:

— Давай.

Парень вытащил из кармана смятую бумажку:

— Первая строчка — логин, вторая — пароль.

Абдулла очень медленно ввел первый код, потом второй. Картинка на дисплее снова сменилась.

— Теперь ты, Тахир.

Парень осторожно взял ноутбук, поставил его на колени и взглянул на экран. Надо же, Абдулле удалось. Никаких признаков тревоги.

На экране горела заставка сервера Курчатовского института. Два шага до цели. Но Тахир повернул голову к Абдулле:

— Давай повторим еще раз. Значит, помимо всего остального — признательности братьев, встречи с имамом, ну и так далее, мне полагается гражданство Эмиратов, огромный дом с прислугой, красный «Феррари» и пожизненная пенсия?

Абдулла, у которого внутри начинала закипать злость, удержал на лице доброжелательную усмешку и мягко проговорил:

— Да, такова будет твоя награда за заслуги перед исламом. Причем, если ты действительно сделаешь сейчас то, что клятвенно обещал, то это будет самое меньшее, что ты получишь. Понимаешь? Самый минимум.

На лице парня явственно отражалась идущая в его душе борьба:

— А если засекут? Они ведь могут…

Абдулла снова улыбнулся и заговорил тоном, каким обычно разговаривают с капризным ребенком: