(2) «Можно
(3)
(4)
(5)
(6) Et moi je vous soutiens que mes vers sont très bons – цитата из «Мизантропа» Мольера. Всё это место в несколько иной редакции находится в статье «Опровержение на критики».
(7) «Один из великих наших сограждан» – Карамзин.
(8) «…уехал бы в Константинополь». Пушкин имеет в виду, что в Турции в эти годы более, чем где-либо в Европе, господствовал самодержавный произвол, и граждане были лишены каких бы то ни было политических прав, в том числе и свободы слова. Турецкая цензура считалась самой строгой.
(9) «Первым примером обязаны мы **…» Булгарин под видом «китайских анекдотов» или сообщений из Китая печатал в «Северной пчеле» пасквили на современников.
(10)
(11) «Один из наших литераторов…» – Булгарин, вызванный на дуэль Дельвигом (см. Table-talk, т. VIII).
(12) «…такой-то французский стихотворец…» – В «Анекдоте», напечатанном Булгариным в «Северной пчеле», 1830 г., № 30, под видом французского поэта выведен Пушкин, а под именем Гофмана, французского писателя, по происхождению немца, выведен сам Булгарин. Весь анекдот, будто бы заимствованный из английского журнала, является пасквилем на Пушкина. На это Пушкин ответил заметкой о Видоке.
(13) «Недавно в Пекине случилось очень забавное происшествие». Заметка заключает в себе обвинение Булгарина в плагиате из «Бориса Годунова». Пушкин сообщает, как он давал рукопись Бенкендорфу («некоторым мандаринам»), от которого Булгарин получил рукопись. В романе Булгарина «Димитрий Самозванец» (1830) Пушкин усмотрел несколько заимствований из своей трагедии, о чем стал открыто говорить. Булгарин по этому поводу обращался к Пушкину с письмом от 18 февраля 1830 г., уверяя его, что он не читал «Бориса Годунова» и знает о нем понаслышке. Кроме того, он напечатал рецензию на главу VII «Евгения Онегина», в которой утверждал, что Пушкин «взял обильную дань из „Горя от ума“ и, просим не прогневаться, из другой известной книги» (имеется в виду «Иван Выжигин», роман Булгарина).
(14) «Читал ты замечание в № 45 „Литературной газеты“…» В этом номере «Литературной газеты» напечатана анонимная заметка, начинающаяся словами: «Новые выходки противу так называемой литературной нашей аристократии…» (см. в настоящем томе). Заметка была направлена против Булгарина, и смысл ее заключался в том, что Булгарин, стоявший на официозных охранительных позициях, противоречил сам себе, нападая на дворянское происхождение сотрудников «Литературной газеты».