упав, поднимайся сразу, и снова — во весь свой рост.

Жизнь гладит нас против шерсти, жизнь бьёт по нам из орудий,

и шансов спастись так мало, практически нет — и всё ж

попробуй живым остаться, наткнувшись на пулю грудью;

попробуй остаться верным, в спине ощущая нож.

Нет высшего в жизни смысла, ни чёрта в ней нет, ни бога;

сценария нет в помине: не пьеса — сплошной абсурд.

Ты будешь ошибки делать, ты будешь жалеть о многом,

и правильные решенья от бед тебя не спасут.

Но главное помни свято и в радости ты, и в горе:

по правилам этой странной, такой непростой игры

ты должен доплыть до суши, оставшись один средь моря;

ты должен подняться снова, с высокой упав горы.

Да, жизнь — ещё та мегера: коварна она, жестока

и больше всего похожа на смертный неравный бой.

Её не пройдёшь ты дважды, и не избежишь итога,

и не заберёшь с собою накопленное тобой.

Не будешь ты знать ответа и перед чертой зловещей,