— Чем-нибудь да закончится, — подмигнул Мономах. — Ты-то что думаешь, куда потребно вести линию в первую голову?

— Новгород, — тут же ответил Михаил.

— Почитай шесть сотен поприщ, — покачал головой Владимир.

— Самый долгий путь начинается с первого шага. Куда важнее, кто из князей вообще позволит такое строительство. Может статься и так, что придется это дело отставить.

— Отставлять ничего не станем. Будущей весной продолжишь строительство. Путь на Новгород полностью останется под моей рукой. Это уже точно.

— Как скажешь, великий князь. Мы всегда готовы.

— Ты вот что, Михаил, завтра в думную палату приходи.

— К чему это, Владимир Всеволодович? И без того шушукаются по углам о том, что я тебе в уши яд лью.

— То не твоя забота. Быть тебе на съезде. Ясно ли?

— Ясно.

— Вот и ладно, — удовлетворенно подвел итог князь…

Думная палата была просторной, светлой и с высокими потолками. Спасибо большим окнам, стеклу и отказу от сводчатых потолков. В смысле здесь они пока применялись только в строительстве храмов. Потому как каменное строительство только там и имелось. Остальные обходились деревом. Но позже эта традиция стала бы основой русской архитектуры. Вот только лишнее это.

Сейчас в каменных хоромах используют деревянные перекрытия. Но великокняжеский дворец имеет монолитные. Дорого обошлось строительство по проекту Михаила. Но заливать монолит без армирования не получится. Вот и пришлось под это дело специально ладить арматуру. А железо по цене кусается. Даже с учетом производства в Пограничном.

Но тут Всеволод и не думал экономить. Как и на росписи стен. Получилось не просто представительно, а для неподготовленного человека еще и завораживающе. Впрочем, и для подготовленного бесследно не пройдет. Романов откровенно залюбовался разнообразием и насыщенностью красок. Хотя, конечно, получилось где-то настолько пестро, что даже глаз режет.

Каменные хоромы это уже данность. Всяк уважающий себя боярин ставит таковые. О князьях и говорить нечего. Кстати, развитие капитального строительства — один из косвенных признаков, что элита в принципе уже созрела до вотчинного права. Иное дело, как они себе это видят.

Едва Михаил вошел в палату, как его тут же отвели в сторонку и усадили в уголку. Тут же сидели несколько бояр, что были дядьками при малолетних князьях. Ну или регентами. Рядом оказался Еремей, наставник тмутараканского князя Игоря. Переглянулись, поздоровались. Тот не скрывал своего удивления. А и то. С ними-то все понятно. Но Романов-то тут каким боком? Тот в ответ лишь пожал плечами, мол, и самому интересно.