«Хе-хе, это для баланса, чтобы нельзя было за баллы убивать сильных врагов…»

Я не удивился, отнюдь, всё это было ожидаемо. Я поднялся на ноги. Журнал выскользнул из моих рук и плюхнулся на пыльную землю. Дзюн была ниже меня, ниже Мураками. Я подошёл к ней с улыбкой на губах, — она сперва растерялась, разумеется, найдя мою улыбку странной. Ведь сейчас, если бы я хотел показаться дружелюбным, мне не нужно было улыбаться… Но пусть, вскоре она, верно, увидела что-то в моей улыбке, что заставило её посмотреть на неё с ещё большей жалость. Девушка раскрыла губы, и голова её свалилась на землю, плюхнувшись в песок, рядом с журналом.

С лезвия моей катаны бежала кровь.

Убить обыкновенного человека намного легче, чем металлическую куклу, не правда ли? Срубить его голову намного проще.

Голова девушки упала. За ней свалилось и тело, прямо на меня, и горячий кровавый фонтанчик врезался в моё лицо. Я отшвырнул тело. Оно разложилось на земле, рядом с головой. Теперь девушка напоминала разобранную фигурку. Я наклонился перед ней и разглядел что-то в кармане штанов. Это был… Кролик. Из её кармана вывалился маленький игрушечный кролик.

Я вспомнил большие ушки, которые выпирали из рюкзачка бедного ребёнка.

Я вспомнил, как мы говорили, там, на качелях.

Я почувствовал, как по моему лицу стекают горячие слёзы.

Ноги меня подвели, я свалился коленями на землю.

Герои никогда не плачут, но почему тогда слёзы стекают по моему лицу? Я не могу их остановить. Убийца ревёт по своей жертве, смешно — хотя нет, нет, это не смешно, это мерзко. Ведь я не реву, моё лицо спокойно как камень, и только глаза, наверное, красные. И слёзы текут.

Я задрожал. Мне захотелось прямо сейчас выкинуть грёбаный меч и уйти отсюда, навсегда, но потом вдруг нежные, тёплые руки обхватили меня со спины. Тёплые дыхание защекотало мои щёки.

— Всё хорошо, — прошептала Мураками и погладила меня по голове своей нежной ладонью. — Правда.

Правда…

Я не мог пошевелиться, у меня просто не было никаких сил. Я пропадал в её тёплых, нежных, но и сильных объятиях. Лужа крови разливалась по земле. Она дошла до моих ног и смочила мои брюки. А я всё лежал, и слёзы бежали по моему лицу.

Когда мы поднялись, я чуть не упал. Мураками стояла рядом со мной, тёплая, живая. Она сказала:

— Я уж думала погибну. Хех, надо было действительно купить велосипед, чтобы меня не догнали. А он… Напал, да? — у меня ушло время, прежде чем я понял, что она говорила про Дзюн.

— И ты меня спас. Но его пришлось… Мой парень меня защитил! Даже немного неловко, хе-хе. Но приятно.