Почистив зубы, непривычно ощущая вкус химии во рту и приведя себя в порядок, чему поспособствовал настоящий душ с фактически без лимитной подачей воды, я снова посмотрел в зеркало, теперь уже внимательно рассматривая доставшееся мне тело. Судя по памяти — возраст 21 год, исполнилось буквально на днях, рост 1,79 м., худощавое телосложение, волосы темные, глаза карие. Никаких шрамов и родинок. Лицо в целом непримечательное, правильной овальной формы, неприметное, что хорошо для оперативника. Вспомнилась специфика работы своей прошлой жизни, эпизоды которой промелькнули перед глазами. Я понял, что меня бессознательно радует отсутствие особых примет на моем новом лице.

Осмотревшись, приступил к главному. Необходимо, несмотря на болезненность процесса, хотя бы частично разобраться с доставшейся памятью, чтобы понять в какое время я все-таки попал, в какую среду и вытащить другие важные подробности, в особенности полностью интегрировать язык и поведенческие реакции, чтобы не попасться на несоответствиях.

Выровняв дыхание и войдя в медитативное состояние, что далось непривычно легко, я постепенно стал работать с нейронами моего нового мозга, упорядочивая энграммные клетки гиппокампа и выстраивая нужные связи с целью отделения и привязки языковой части памяти. Далее перешел к поведенческим реакциям бессознательного, завязанным практически на оба полушария и на нейроны серого вещества. Старался не потревожить ничего лишнего, не хотелось бы вызвать гормональные сбои или сбои нервной системы. Несмотря на болезненность, я с умел осуществить привязку местного языка и поведенческие бессознательные реакции к своему базовому самосознанию, а также ассимилировать и освоить первоочередные воспоминания.

Снова пошла кровь из носа. Организм еще не отошедший от вчерашней пьянки и ночного перенапряжения вызванного подселением в тело посторонней личности, явно нуждался в отдыхе, намекая, что ментальные искусственные вмешательства сейчас лишние.

Вспомнилось и то чем я занимался. В прошлой жизни я был менталистом и служил оперативным сисаном в отделениях безопасности директории правопорядка. Как и всякий менталист, умел работать как со своим, так и чужим разумом. Менталистом правда я был слабым, поэтому и служил в заштатных окраинах нашего дистрикта. Но учитывая считанные проценты людей способных к менталу, то все равно пользовался спросом.

Что ж, можно подытожить, язык я теперь знаю и надеюсь своим поведением не сильно буду отличаться от бывшего хозяина этого тела. Я не умею полноценно подстраивать и привязывать чужую личность, как те бравые офицеры разведки, показанные в вирт-фильмах, но привязать основные личностные константы Краснова к своему я, завязав к этому особенности его мыслительного процесса, я смог. Надеюсь теперь своим поведением я не буду отличаться от предыдущего хозяина этого тела.